Анализ литературы:

Разнообразные стороны рекламы явились объектом внимания многих ученых. В ее изучении сложились определенные подходы как в зарубежной, так и в отечественной науке. За рубежом наиболее выражены два подхода к исследованию феномена рекламы: маркетинговый и коммуникационный. В первом подходе реклама трактуется как один из компонентов маркетинга, здесь исследуется, в основном, экономическая сторона рекламной деятельности. В рамках коммуникационного подхода реклама рассматривается как средство коммуникации; главное внимание при этом уделяется изучению психологических аспектов рекламы (Ю.Л. Борисов, . Б. Грушин, Л.Ю. Гермогенова, Г.Н. Кэссон, В. Перепелица, Б.С. Разумовский, В.Л. Музыкант).

Отечественные ученые также неоднократно обращались к данной тематике. Начиная с прошлого века, в России стали появляться работы, посвященные психологии рекламы. В советское время особое внимание уделяли пропагандистским возможностям рекламы. В частности, изучалась эффективность психологического воздействия, критерии восприятия рекламы, психология потребительских мотивов; разрабатывались методики психологического воздействия посредством рекламы.

Проблема использования психологических знаний в рекламной деятельности актуальна и сегодня. Свидетельством этого являются многочисленные публикации на эту тему в периодической печати, различные научные статьи и монографии. Это труды Э. Аронсона, Н.И. Богомомоловой, Н.В. Алимпиевой, В.Н. Володеевой, В.Г. Зазыкина, Т.И. Ивлева, А.Н. Лебедева и А.К. Боковикова, В.В Усова, В.М. Шепеля и др.

Социология общественного мнения получила свое развитие в работах Ф. Гольцендорфа “Роль общественного мнения в государственной жизни” и Ф. Тенниса “Критика Общественного мнения”. Позднее она стала взаимодействовать с социологией политики и социально-массовых коммуникаций (П. Лазарсфельд, Г. Лассуэл, Д.В. Дмитриев, В.П. Конецкая).

При помощи социологического метода выясняется влияние информации и рекламы на формирование общественного мнения (Н.Н. Худенко, П.В. Горбунова, Д.П. Гавра и др.); политические установки, предпочтения избирателей, политические привязанности и предрассудки (Т.И. Заславская, Г.В. Осипов, В.П. Ядов, В.Н. Жуков, Д.В. Ольшанский, О.В. Кучмаева, а также зарубежные исследователи – С. Липсет, А. Кэмпбелл, Раджив Батор, Д. Джугенхаймер и др.).

В связи с относительно недавним появлением в рекламной терминологии понятия “связи с общественностью”, которое ввел английский

Профессор Сэм Блэк в конце 80-х годов, работ, посвященных данной проблематике, не много. Труды Сэма Блэка и Доти Дороти легли в основу изучения PR.

Рядом ученых исследуется влияние общественного мнения на национальное развитие и на межнациональные отношения, формирование гражданского самосознания и национальной идеи (Р.М. Тухватулин, И.Б. Гасанов, Д.Г. Амбуладзе, Н.В. Кривельская, В.И. Ильичев, В.Н. Иванов и др.).

Вопросам социального маркетинга и социальных технологий в сфере рекламы как в зарубежной, так и в отечественной литературе уделено недостаточное внимание. По проблеме социальной рекламы до сих пор не существует полноценной монографии, полностью посвященной данной теме. Более того, эта проблема не разработана в предметной области социальной работы, а социально-психологической аспект этого феномена не освещен в научной литературе. Но несомненно большой вклад в определение роли служб связи с общественностью и социальной рекламы в формировании имиджа соц. служб и других некоммерческих организаций внесли следующие авторы: Т.В. Астахова, Г.Г. Почепцов, В.М. Мелиховский, Э.А. Капитонов, В.Н. Иванов, А.Н. Чумиков.

Помимо вышеперечисленных авторов, в данной работе были использованы выводы, изложенные в общетеоретических трудах В.Я. Сюнькова, В.Н. Турченко, О.Д. Гаранина, Г.Н. Горшенкова.

PR и социальная реклама как социальный институт и деятельность

Служба связи с общественностью: смысл и необходимость

Социальные службы не могут игнорировать социальную рекламу, понимая ее влияние на эффективность их деятельности. В связи с этим социальная реклама и работа с общественностью должна занимать важное место в маркетинге социальных услуг. Стратегической целью усилий по связям с общественностью является ознакомление публики с деятельностью третьего сектора, создание у нее верного представления о том, чем живут социальные службы и некоммерческие организации (НКО). Взаимоотношения социальных служб и СМИ также является одной из сложных задач. Ведь несмотря на то, что в любой газете есть отдел социальных проблем, журналисты не часто пишут об НКО, поскольку плохо знают их работу, и «благотворительная» тема часто относится к разряду «рождественских» рассказов.

В России социальной рекламой занимается лишь считанное число рекламных агентств, в то время как опыт стран с развитой социальной сферы показывает, что значение маркетинга в ней значительно возрастает. Это объясняется:

расширением объема оказываемых социальных услуг;

усложнением задач, решаемых в социальной сфере (наркомания, преступность и т.д.);

отсутствием конкуренции, ибо в основном этими проблемами занимается государство и немного – общественные благотворительные организации. В связи с этим нужно создание необходимого механизма реализации идеи социальной помощи.

В России эти обстоятельства имеют место, но одновременно ситуация осложняется недостаточным финансировании социальных услуг. Прежде чем перейти непосредственно к использованию социальной рекламы социальными службами необходимо определиться с понятиями.

PR является неотъемлемой частью эффективного управления любой организованной формы деятельности: государственной и муниципальной, производственной, коммерческой, общественной и т.д., включающих в себя отношения внеценовой конкуренции (престиж, авторитет, репутация, доверие, взаимопонимание и т.д.).

Само словосочетание «связи с общественностью» появилось в нашем обиходе около десяти лет назад. «Паблик рилейшнз. Что это такое?» — так называлась книга английского профессора Сэма Блэка, который первым рассказал российской аудитории об этом.

Существует множество определений понятия «связи с общественностью». Вот, например, трактовка Института связи с общественностью (Великобритания): «PR – это спланированные и осуществляемые в течение длительного времени действия, направленные на установление и поддержание доброжелательных отношений и взаимопонимания между организацией и общественностью».

Также распространено следующее определение: PR – это специальная наука и искусство управления социальной информацией в условиях внеценовой конкуренции:

направленные на установление и поддержание открытого двухстороннего общения между социальными службами и их общественностью;

посредством положительных информационно разъяснительных материалов, активных акций и оценок ответных общественных реакций;

основанных на правде, знании и гласности;

с целью достижения взаимопонимания, согласия, социального партнерства и создания благоприятных обстоятельств.

Но несмотря на разнообразие определений, исследователи сходятся в одном: деятельность в сфере связей с общественностью есть часть процессов управления коммуникацией между организацией и ее целевой аудиторией. Целевая аудитория при этом может пониматься широко – как общественность.

Общественность – это все те, с кем социальная организация вступает в контакт как внутри (служащие, сотрудники, работник, акционеры, члены общественных организаций и т. п.), так и за ее пределами (избиратели, налогоплательщики, местные жители, социальные заказчики, партнеры, потребители и т. п.).

Структура общественности:

население в сфере влияния;

структуры самоуправления;

СМИ;

общественные объединения;

сотрудники администрации;

вышестоящие органы власти;

ключевые аудитории в кризисных ситуациях;

производственные и другие органы.

В условиях переходного времени нарождаются новые социально-политическая и экономическая дифференциация и конфигурация, формы экономического хозяйствования государственного и муниципального управления, способы волеизлияния общественности. Для обеспечения собственной жизнедеятельности в ситуации нарастающей конкуренции, в том числе и внеценовой, все социальные службы вынуждены заниматься организованной деятельностью по связям с общественностью: оценкой реакций общественности на деятельность организации, установлением контактов, поддержанием репутации информационно разъяснительной работы и т. п., полагаясь только на собственные возможности и силы.

Отношение с общественностью – это двусторонние взаимодействия и связи, разворачивающиеся в процессе действительного общения между совместно действующими социальными организациями и разнообразными социальными группами, общественными организациями, контактными (целевыми) аудиториями в условиях повседневной жизнедеятельности.

Установление двустороннего общения как консенсусной коммуникации в рамках социальной ответственности обусловливает потребность:

для организации – добиваться благоприятного отношения к себе со стороны общественности посредством распространения разъяснительного материала у своей деятельности в интересах общественности;

для общественности – добиваться реализации права общественности знать все, относящееся к общественной жизнедеятельности в рамках деятельности социальной организации.

В этом заключается определенная сложность положения сотрудников службы общественных связей, так как их работа направлена на обеспечение устойчивого положения социальной организации, но с соблюдением интересов общественности, что и позволяет достигать социального партнерства, согласия и спокойствия в обществе.

Деятельность по связям с общественностью в социальных службах включает в себя:

Любые действия, направленные на улучшение контактов между людьми или службами.

Все, что может предположительно улучшить взаимопонимание между социальными службами и теми, с кем они вступают в контакт как внутри, так и за их пределами.

Мероприятия, направленные на выявление и ликвидацию слухов или других источников непонимания.

Мероприятия, направленные на расширение сферы влияния службы средствами, адекватными поставленной цели и не противоречащими социальной этике.

Рекомендации по созданию благоприятного климата, укреплению общественной значимости социальных служб.

Связи с общественностью в США развивались быстрее, чем в других странах. Уже в конце 40-х годов зарубежные исследователи пришли к выводу, что с помощью PR американское общество успешнее адаптируется к изменяющимся обстоятельствам, что способствует разрешению противоречий между его институтами.

В России связи с общественностью развиваются с начала 90-х годов. Методы PR первыми начали использовать представители деловых кругов. В Москве были открыты представительства международных агентств, возникли российские агентства. В государственной реестр профессий внесли новую специальность, и сегодня уже многие вузы выпускают дипломированных PR-специалистов.

Национальные ассоциации, объединяющие этих специалистов, существуют в большинстве стран мира. У нас действуют две профессиональные организации: Российская ассоциация по связям с общественностью (РАСО) и Гильдия работников пресс-служб и служб PR России.

Консультанты по связям с общественностью работают в различных областях PR: в сфере деловых коммуникаций, взаимоотношений с инвесторами, в государственном секторе, в сфере культуры и образования.

В российских некоммерческих и благотворительных организациях пресс-секретари появились не так давно. В социальных же службах недостаток этих специалистов особенно очевиден.

Западные некоммерческие организации тоже нечасто употребляют этот термин. Как заметил американский журнал «Новости маркетинга», НКО гораздо легче признать, что они «повышают уровень информированности публики о своей деятельности», чем занимаются рекламой или PR.

PR-программы осуществляют, согласно результатам опроса Института Гэллапа, меньше половины некоммерческих организаций. Но сели на Западе общественные организации все-таки составляют 13% клиентов PR-агентов, то у нас этот процент практически равен нулю.

Некоммерческие организации широко используют методы из арсенала PR, в том числе, проведение публичных акций, семинаров, конференций, «круглых столов», но пока эти программы не являются частью единой программы по связям с общественностью.

Российские НКО на сегодня не располагают финансовыми или кадровыми возможностями для ведения кампаний по связям с общественностью в отличие от коммерческих и государственных организаций. Лишь единицы более чем из 40000 НКО и социальных служб могут обратиться за профессиональной помощью, поскольку эта услуга дорогая.

Согласно результатам опроса, проведенного ВЦИОМ по заказу Европейской программы взаимодействия, сотрудники некоммерческих организаций считают обучение основам связей с общественностью чрезвычайно важным, а проблему организации PR в третьем секторе — нерешенной.

В последнее время наметились в сфере связей с общественностью для третьего сектора перемены к лучшему. В НКО созданы пресс-службы. Активно работает Агенство социальной информации, к услугам которого прибегают российские СМИ и органы государственной власти.

Пресс-служба Социально-экономического союза ведет семинар для тех студентов факультета журналистики МГУ, кто хочет писать о проблемах некоммерческих организаций. Приложение к газете «Экономика и жизнь», «Компаньон PR», посвятило теме PR в некоммерческих организациях два выпуска.

PR нужны третьему сектору, чтобы сформировать общественное мнение в России по отношению к некоммерческим и благотворительным организациям. Ведь несмотря на то, что идея благотворительности стала приемлемой в обществе, люди практически ничего не знают о деятельности таких организаций. Имидж НКО пока не сформировался ни среди граждан, ни среди предпринимателей, которые являются потенциальным источником средств существования третьего сектора. Если обычные граждане относятся к нему нейтрально, то у бизнесменов – часто негативное мнение, основанное на личном опыте и сложившееся представление о том, на что лучше тратить деньги. Пока они охотнее финансируют разовые или нестандартные проекты, которые помогают привлечь внимание СМИ.

Например, «Столичный банк сбережений» подарил пятьдесят килограмм золота на восстановление храма Христа Спасителя. Он также известен тем, что взял шефство над азиатским слов, взяв его на пожизненное содержание.

Связи с общественностью помогают некоммерческим организациям решать проблему сбора средств. Пока во многих НКО фандрайзер часто выполняет функции пресс-секретаря. Конечно, фандрайзер – своего рода «взаимоотношения с инвесторами», однако фандрайзер по неволе становится специалистом по связям с общественностью. На Западе – процесс обратный. Например, создание калифорнийского музея-заповедника «Черепаший залив» началось с того, что на работу был принят пресс-секретарь, разработавший программу по связям с общественностью: PR-кампания помогла заповеднику собрать миллион долларов.

Добровольцев привлекают также с помощью методов PR. Не секрет, что НКО существуют благодаря помощи волонтеров. В отличие от США, ежегодно от пятидесяти до семидесяти миллионов человек жертвую свое время на работу в НКО, у нас эта цифра составляет

Актуальность овладения технологиями связей с общественностью связана еще с одним фактором. Сегодня НКО приходится считаться с тем, услугами PR-агентов государственные организации или частные компании, чьи интересы расходятся с интересами третьего сектора. Например, руководство скоростной ж/д магистрали Москва – Санкт-Петербург, строительству которой пытаются воспрепятствовать российские экологические организации, пригласило к сотрудничеству одно из PR-агенств, члена Российской ассоциации по связям с общественностью, чтобы сформировать в свою пользу благоприятное общественное мнение.

Основные цели службы связи с общественностью применительно к социальным организациям.

Выступая в качестве элемента системы социального управления, деятельность PR направлена на достижение ненасильственными средствами следующих основных идей.

Создание атмосферы доверия и доброжелательности со стороны общественности к деятельности социальных служб и организаций.

Данная функциональная ситуация связана с необходимостью создания благоприятного климата в своей общественности, обеспечивающего нормальное функционирование организации и расширение поля ее деятельности. Завоевание доверия требует от организации систематического предварительного объяснения людям того, что им надо знать в профессиональном, обыденном и эмоциональном смысле.

Смысл деятельности PR в достижении данной цели:

во-первых, в прояснении целей и ценностей организации, за которые они несут ответственность;

во-вторых, в публичном выражении и защите ценностей, выдерживая внеценовую конкуренцию;

в-третьих, в приобщении к ценностям организации других, добиваясь поддержки со стороны продуктивных и прогрессивных представителей своей общественности.

Для решения данных задач нужны спланированные и непрерывные информационно-разъяснительная работа, постоянный диалог с широкой общественностью и активные акции, чтобы завоевывать доверие людей.

Социальным службам для этого необходимо: правдиво и интересно информировать людей о своей деятельности, инновационных планах; добиваться идентификации «своих» ценностей общественности с организационными; способствовать оформлению и институциализации общественностью своей поддержки властных структур.

Сохранение или изменение имиджа (репутации) организации и ее руководства (а именно социальных служб).

Наше представление об окружающем мире фиксируются в виде образов – имиджей. Они-то, в конечном счете, и определяют установки и поведенческие доминанты людей в отношении соответствующих объектов и явлений.

В теории коммуникации понятие «имидж» используется в сугубо специфическом значении – в сочетании со словами «создание», «строительство»: это особого вида образы – представления о конкретных объектах, которые выделяют, создают впечатление их радикального отличия от других.

В отличие от него понятие «стереотип» – это обобщенное представление похожих явлений, сокращающие набор отличительных черт. Сводя разнообразие мира к немногим определенным категориям, стереотип облегчает, упрощает восприятие, понимание и оценку явлений. Связано это со стремлением человека однозначно «рассортировать» информацию

Например, когда мы руководствуемся стереотипом, обобщая в нем какие-то черты, характерные для представителей наших групп, мы не анализируем характер человека. Мы сразу видим бесшабашного цыгана, коварного азиата, хитрого еврея, ленивого русского, стопроцентного американца и т.д.

Возьмем политическую борьбу, где политическая реклама создает своим кандидатам определенный имидж, в котором подчеркивается отличие каждого политического кандидата. Создающийся образ должен ассоциироваться с подсознательными устремлениями масс, с тем, что льстит их самолюбию или отвечает неудовлетворенным потребностям. В то же время он должен отворачиваться от всего колющего публике глаза, выглядеть противоположностью того, что в данный момент ей неприятно.

Необходимо отметить, что в понятие «имидж» на Западе ничего зазорного нет, напротив, иметь имидж престижно. У нас же с игровым поведением, маской связывается, как правило, попытка скрыть, утаить свое лицо. Поэтому так неумело и бесталанно формируются выборные образы партий и отдельных депутатов, властных структур, где не чувствуется ни соответствующей режиссуры, ни психологического тренинга и т. п.

У разных людей, социальных групп могут возникать разные образы одного и того же объекта. Дело в том, что эффективная политика, результативность деятельность любой организации во многом зависит от того, как их понимает общественность: является ли организация хорошим членом общества, приносит ли она общественную пользу и т. п. Именно это и лежит в основе так называемой рекламы «престижа» или «институциональной рекламы», как самого сложного вида рекламы – реклама PR. При этом имидж наделяет объект при помощи ассоциаций качествами, которые не обязательно имеются в реальных его свойствах. Они задаются в зависимости от целей тех, кто «создает образ» и обладают социальной значимостью для воспринимающих его.

Приобщение организации к ценностям других, чтобы действовать в интересах общественности.

Для старой администрации в условиях командно-административной системы понятие «выгодно» применялось исключительно для государства. В условиях развития демократии и становлении гражданского общества необходимость взаимовыгодного сотрудничества, забота о благоприятном отношении общественности к деятельности органов власти – это основа проведения сильной и уверенной социальной политики с адекватной социальной ответственностью.

Смысл деятельности PR в рассматриваемой функциональной ситуации как раз и состоит в том, чтобы прояснять интересы и ожидания общественности для того, чтобы:

обеспечивать руководство социальных служб информацией об общественном мнении и оказывать им помощь в выработке адекватных ответных мер;

поддерживать руководство в состоянии готовности к различным переменам, путем заблаговременного предвидения тенденции.

Властные структуры вынуждены вмешиваться в дела населения или выдвигать перед ним новые требования, и тогда люди либо поддерживают эти действия, либо вынуждены защищать свои интересы. В результате в демократически пр

Киевский государственный университет строительства и архитектуры

кафедра философии

Материал

на тему: ” Аврелий Августин “

Написал: студент ПЦБ-27

Иваненко А.В.

Киев — 1997

Крупнейшим христианским мыслителем периода патристики и наиболее выдающимся из “отцов церкви” был Аврелий Августин (354-430). “Ты нас создал для себя, и наше сердце будет неспокойным, пока не упокоится в тебе”. Этим предложением начинаются “Исповеди”, в тридцати книгах которых он в форме молитвы рассказывает о своей жизни, отличавшейся беспокойством, постоянным поиском и многими ошибками, до тех пор пока не обрел внутренний покой — покой души — в христианстве.

Родился он в г. Тагасте в Нумидии (Северная Африка), был сыном отца-язычника и матери-христианки. В Карфагене, Риме и Милане он изучал риторику. Чтение трактатов Цицерона пробудило в нем интерес к философии, он захотел найти истину. Сначала он верил, что найдет ее у манихейцев, в учении о дуализме добра и зла. Позже в его мыслях появляется академический скептицизм, от которого он освобождается, изучая неоплатоников, в частности Плотина. Платоническая философия ближе всего подходит к религиозной вере.

В конце концов истину Августин находит в христианстве, к которому он переходит в 387 г. прежде всего под влиянием христианского проповедника, миланского епископа Амвросия. Позже он был назначен пресвитером и возведен в сан епископа североафриканского города Гиппо. Здесь в 430 г. он и умер.

В своих произведениях он подверг страстному суждению ошибочные учения, которым сам длительное время следовал. В трактате, направленном против академиков, он осуждает скептицизм, выступает против манихейства и других еретических учений. Помимо “Исповеди” к его главным трактатам относятся: “О троице” (“De trinitate”, 400-410), где систематизированы теологические воззрения, и “О граде божьем” (“De civitate Dei”, 412- 426). Последний трактат считается главным произведением Августина, ибо содержит его историко — философские взгляды. В первых пяти книгах этого объемистого труда Августин указывает на то, что Рим пал по вине собственного эгоизма и безнравственности, но не по вине христианства, как об этом говорят. В последующих пяти книгах говорится о презренном язычестве и заблуждениях прежней философии. В остальных двадцати книгах пишет о противоположности между светской (дьявольской) державой и царством божьим, воплощением которого является церковь; борьба между ними представлена как борьба добра и зла.

Способ изложения материала в трудах Августина соответствует его бурному, неспокойному характеру; писал он страстно и неукротимо, резко переходил от одной позиции к другой. О нем говорили, что ни у кого из великих мыслителей не было таких перепадов между высочайшим и низменнейшим, что среди церковных святых он был наименее святым и наиболее человеком. Его творчество не имеет монолитного характера, оно не образует единой системы, но является источником, из которого долго черпала христианская философия.

Философия Августина возникает как симбиоз христианских и древних доктрин. Из древних античных философских доктрин главным источником для него был платонизм, который он знал по преимуществу в изложении неоплатоников. Идеализм Платона в метафизике, абсолютизм в теории познания, признание различия духовных принципов в структуре мира (добрая и плохая душа, существование отдельных душ), упор на иррациональные факторы духовной жизни -

- все это повлияло на формирование его собственных воззрений.

Учение Августина стало определяющим духовным фактором средневекового мышления, оказало влияние на всю христианскую Западную Европу. Никто из авторов периода патристики не достиг той глубины мысли, которая характеризовала Августина. Он и его последователи в религиозной философии считали познание бога и божественной любви единственной целью, единственной полной смысла

ценностью человеческого духа. Весьма мало места он отводил искусству,

культуре и естественным наукам.

Христианской основе своей философии Августин придавал большое значение. Он осуществил то, что только обозначено у его предшественников: сделал бога центром философского мышления, его мировоззрение было теоцентрическим. Из принципа, что бог первичен, вытекает и его положение о превосходстве души над телом, воли и чувств над разумом. Это первенство имеет как метафизический, так и гносеологический и этический характер.

Бог является высшей сущностью, только его существование вытекает из собственного естества, все остальное с необходимостью не существует. Он единственный, существование которого независимо, все остальное существует лишь благодаря божественной воле. Бог является причиной существования всякого сущего, всех его перемен; он не только сотворил мир, но и постоянно его сохраняет, продолжает его творить. Августин отвергает представление, согласно которому мир, будучи сотворенным однажды, развивается дальше сам.

Бог является также наиважнейшим предметом познания, познание же преходящих, релятивных вещей бессмысленно для абсолютного познания. Бог выступает в то же время и причиной познания, он вносит свет в человеческий дух, в человеческую мысль, помогает находить людям правду. Бог является наивысшим благом и причиной всякого блага. Так как все существует благодаря богу, так и всякое благо происходит от бога.

Направленность к богу для человека естественна, и единственно через соединение с ним человек может достичь счастья. Философия Августина таким образом открывает простор для теологии.

Душу Августин понимает чисто спиритуалистиески, рассуждая в духе идей Платона. Душа как самобытная субстанция не может быть ни телесным свойством, ни видом тела. Она не содержит в себе ничего материального, имеет лишь функцию мышления, воли, памяти, но не имеет ничего общего с биологическими функциями. От тела душа отличатся совершенством. Такое понимание существовало и в греческой философии, но у Августина впервые было сказано, что это совершенство

происходит от бога, что душа близка богу и бессмертна.

Душу мы знаем лучше, чем тело, знание о душе является определенным, о теле же наоборот. Более того, душа, а не тело познает бога, тело же препятствует познанию. Превосходство души над телом требует, чтобы человек заботился о душе, подавлял чувственные наслаждения.

Основой духовной жизни является воля, но не разум. Это утверждение основано на том, что сущность каждой вещи проявляется в ее активности, но не в пассивности. Отсюда вытекает заключение, что человеческую сущность характеризует не разум, который имеет пассивный характер, но действия, активная воля. Учение Августина о первенстве воли отличается от древнегреческого рационализма. Иррационалитическое понимание человеческого духа приходит к тому, что сущностью духа является свободная воля. Эту позицию Августин воплощал не только в психологии, но и в теологии: первенство воли относится и к божественной сущности. Его философия переходит, таким образом, от интеллектуализма и рационализма к волюнтаризму.

Вся философия Августина сосредоточилась на боге как едином, совершенном, абсолютном бытии, мир же имеет значение как божье творение и отблеск. Без бога ничего нельзя ни совершить, ни познать. Во всей природе ничего не может произойти без участия сверхъестественных сил. Мировоззрение Августина очень четко противостояло натурализму. Бог как единое сущее и истина является содержанием метафизики, бог как источник познания является предметом теории познания; бог как единственное благо и прекрасное является предметом этики, бог как особа всемогущая и полная милости является главным вопросом религии.

Бог не только бесконечное бытие, но и особа преисполненная любви. В этом же направлении теоретизировали и неоплатоники, но бог ими понимался не как особа. В неоплатонизме мир — эманация божественного единого, необходимый продукт естественного процесса, у Августина же мир — акт божественной воли. У Августина проявляется тенденция к дуализму в отличие от неоплатонического монизма, основанного на идее, что бог и мир имеют один и тот же характер.

Согласно Августину, мир как свободный акт бога является творением разумным, бог создал его на основе собственной идеи. Христианский платонизм был августинианским вариантом учения Платона об идеях, которое понималось в теологическом и персоналистическом духе. В боге сокрыт идеальный образец реального мира. Как у Платона, так и у Августина существуют два мира: идеальный — в боге и реальный — в мире и пространстве, возникший благодаря воплощению идеи в материю.

Августин, в согласии с эллинистической философией, полагал, что целью и смыслом человеческой жизни является счастье, которое должна определить философия. Счастья можно достигнуть в едином — в боге. Достижение человеческого счастья предполагает прежде всего познание бога и испытание души.

В отличие от скептиков Августин разделял представление о том, что познание возможно. Он искал такой способ познания, который не подвержен заблуждениям, пытался установить определенную надежную точку как исходный путь познания. Единственный способ преодоления скептицизма, по его мнению, состоит в отбрасывании предпосылки, что чувственное познание может нас привести к истине. Стоять на позициях чувственного познания — значит укреплять скептицизм.

Августин находит еще один пункт, подтверждающий возможность познания. В подходе скептиков к миру, в самом сомнении он видит определенность, достоверность сознания, ибо можно сомневаться во всем, но не в том, что мы сомневаемся. Это сознание сомнения при познании является непоколебимой истиной.

Сознание человека, его душа являются устойчивым пунктом в постоянно меняющемся, неспокойном мире. Когда человек погрузится в познание своей души, он найдет там содержание, которое не зависит от окружающего мира. Это лишь видимость, что люди черпают свои знания из окружающего мира, в действительности они находят их в глубинах собственного духа. Сущность теории познания Августина — априорность; творцом всех идей и понятий является бог. Человеческое познание о вечных и неизменных идеях убеждает человека, что их источником может быть лишь абсолют — вечный и надвременный, бестелесный бог. Человек не может быть творцом, он лишь воспринимает божественные идеи.

Истину о боге не может познать разум, но вера. Вера же скорее относится к воле, чем к разуму. Подчеркивая роль чувств или сердца, Августин утверждал единство веры и познания. При этом он стремился не возвысить разум, но лишь его дополнитъ. Вера и разум взаимно дополняют друг друга: “Разумей, чтобы мог верить, верь, чтобы разуметь”. Философия Августина отвергает концепцию автономного положения науки, где разум является единственным средством и мерой истины. Это понимание соответствует духу христианства, и на этой основе могла строиться последующая фаза — схоластика.

Характерной чертой понимания Августином процесса познания является христианский мистицизм. Главным предметом философского исследования были бог и человеческая душа.

Преобладание в сфере познания иррациональноволевых факторов над рационально-логическими выражает одновременно и Августиново первенство веры над разумом. Не самостоятельность человеческого разума, а откровения религиозных догматов являются авторитетом. Вера в бога — исходное человеческого познания.

Тезис о первенстве веры над разумом не был новым в христианской философии. В отличие от предшествующих “отцов церкви”, которые видели источник веры лишь в Библии, Августин

провозгласил наивысшим авторитетным источником веры церковь как единственную непогрешимую, последнюю инстанцию всякой истины. Это воззрение соответствовало тогдашней ситуации. Церковь в западной части Римской империи становилась идеологически и организационно сильным централизованным институтом.

Вклад Августина состоял также в том, что попытался обосновать первенство веры над разумом. Все человеческое познание имеет два источника, утверждал он. Первым является опыт, чувственный контакт с вещами окружающего мира. Его границей служат рамки явления, преступить которые невозможно. Другой источник, более богатый и значительный, заключен в приобретении знания от других людей. Это опосредованное познание и есть вера.

Августин смешивает веру вообще и религиозную веру, освященную авторитетом церкви. Однако вера, которая опирается на опыт, в целом совсем иная, она имеет другую суть и характер, чем религиозная вера, исходящая из “истин” Священного писания.

Оценка добра и зла в мире, их различение были наиболее проблематичными в философии Августина. С одной стороны, мир как творение бога не может быть недобрым. С другой стороны, существование зла несомненно. При определении понятия теодицеи, или защиты совершенства творения. Августин исходил из того, что зло не принадлежит природе, но является продуктом свободного творчества. Бог создал природу доброй, но отравила ее злая воля. С этим связан другой тезис: зло не является чем-то, что абсолютно противоположно добру, оно есть лишь недостаток добра, его релятивная ступень. Нет абсолютного зла, лишь добро абсолютно. Зло возникает там, где ничто не делается хорошо, зло — это отвращение от высших целей, это либо гордыня либо вожделенность. Гордыня проистекает из стремления обойтись без бога, вожделенность — из страстей, направленных на преходящие вещи. Следующий аргумент теодицеи Августина состоит в том, что зло не нарушает гармонии мира, но необходимо для нее. Наказание грешников так же не противоречит этой гармонии, как и вознаграждение святых. Августин, таким образом, не отрицает наличия зла в мире, однако понимает его чисто негативно, как отсутствие добра.

Этике Августина присуще то, что он приписывал злу другое происхождение, чем добру. Зло происходит от человека, имеет земной характер, добро же проистекает от бога, продукт божьей милости. Человек отвечает за зло, но не за добро.

По поводу понятия любви Августин остро полемизировал с бриттским монахом Пелагием. Это был спор между представителями иррационалистической и рационалистической точек зрения в вопросах христианской этики. Пелагий исходил из античного рационализма и учил, что первородного греха не существует. Человек рождается свободным от грехов, он сам, без помощи церкви должен заботиться о своем блаженстве. Пелагиевский отказ от понимания человека как слепого орудия бога представлял прямую атаку на идеологические принципы христианской церкви.

Августин, выступая против концепции Пелагия о необремененности человека первородным грехом, развивает учение о предопределенности. Согласно этому учению, Адам как первый человек родился свободным и безгрешным. У него была возможность следовать за божьей волей и достичь бессмертия. Однако люди в лице Адама, искушенного дьяволом, совершили грех. Поэтому все поколения людей не свободны, обременены грехом и смертью, которая, по апостолу Павлу, есть возмездие за грехи.

Дуалистическое понимание бога и мира выступает прежде всего как противоположность между вечным и неизменным духовным бытием бога и постоянной изменчивостью и гибелью единичных вещей и явлений. Исследование этой противоположности вело Авустина к проблематике времени. В рамках общего теологического решения этого вопроса отдельные ответы интересны и с философской точки зрения.

Августин отвергает взгляды тех античных философов, которые время ставили в зависимость от движения небесных тел: ведь и они созданы богом. Согласно его пониманию, время является мерой движения и изменений, присущих всем “сотворенным” конкретным вещам. Перед сотворением мира время не существовало, но оно проявляется как следствие божественного творения и одновременно с последним. Меру же изменений вещам дал бог.

Августин попытался объяснить такие основные категории времени, как настоящее, прошлое, будущее. Ни прошлое, ни будущее не имеют действительной ориентации, она присуща лишь настоящему, посредством которого нечто может мыслиться как прошлое или будущее. Прошлое связано с человеческой памятью, будущее заключено в надежде.

Приведение как будущего, так и прошлого к настоящему доказывает божественную, совершенную абсолютность. В боге раз и навсегда соединены настоящее с прошлым и будущим. Августиново понимание противоположности абсолютной вечности бога и реальной изменчивости материального и человеческого мира стало одной из основ христианского мировоззрения.

Социально-политическая доктрина Августина основана на идее неравенства, которую он отстаивает как вечный и неизменный принцип общественной жизни. Неравенство является стороной иерархической структуры общественного организма, созданного богом. Земная иерархия — отражение иерархии небесной, “монархом” которой является бог. Пытаясь предотвратить обращение народных масс к еретическим учениям, Августин ссылается и на христианскую идею равенства всех людей перед богом — все люди происходят от одного праотца.

Августин обращается и к общественно-историческому процессу. Некоторые историки даже говорили о нем как об одном из первых “философов истории”. Стимулом его интереса к этой проблематике было разграбление “вечного города” в 410 г. готскими войсками, возглавляемыми королем Аларихом. Это событие интерпретировалось многими современниками по-разному. Одни объясняли его как месть старых римских богов римлянам за то, что они перешли в христианство. Другие утверждали, что падение Рима возглашает конец человеческой истории, который наступает вследствие греховного перехода от первоначального демократического христианства к государственному. Августин опровергает обе эти интерпретации.

В философии истории он выступает против как языческих религиозных представлений, так и нерелигиозных этических и философских концепций. Языческих богов он отвергает как бессильных демонов, порожденных поэтической фантазией. Им он противопоставляет единого и всемогущего бога.

О философии истории у Августина можно говорить лишь условно. Он занимается “судьбами всего” человечества, руководствуясь, однако, христианскими мифологическими представлениями, опирающимися на библейские материалы. Человечество происходит от одной пары прародителей и руководится богом. Понятие истории у Августина является провиденциалистским (провидения — провидение).

Августин выдвигает мысль о единстве человеческой божественной истории, которые текут в противоположных, но взаимно неразделимых сферах, содержанием которых является бой двух царств (градов) — божьего и эемного. Дуализм бога и природы переносится, таким образом, и на общественное развитие. Божий град представляет меньшую часть человечества — это те, которые своим морально- религиозным поведением заслужили у бога спасение и милосердие; в земном граде, напротив, остаются люди самолюбивые, алчные, эгоисты, которые забывают о боге. Божий град постепенно усиливается в общественно-историческом развитии, в частности после прихода Иисуса. Главной предпосылкой принадлежности к граду божьему служат смирение и покорность как перед богом, так и перед церковью.

В своем изложении плана божьего предопределения Августин дает периодизацию истории земных градов-обществ. Она основана на аналогии с шестью днями творения, шестью развивающимися сферами человеческой жизни и шестью эпохами, которые приведены в Ветхом завете. Это по своей сути эсхатологическая концепция; идея прогресса, которая в ней содержится, — религиозно-теологическая.

Церковь в истории занимает особое положение: она является обществом Христа, объединяет, согласно воле божьей, избранных, и вне ее нельзя обрести спасение. Церковь является зримым представителем царства божьего на земле. Светский град и его государство также установлены богом, но они не имеют привилегированного положения, как церковь, которая занимает высшее положение, и государство должно ей служить. Только при таких условиях возможно возникновение гармоничного общественного организма. Понимание общества у Августина является теократическим.

Августин заложил основы новой христианской философии. Он отбросил классический подход греков, основанный на объективизме и интеллектуализме, его подход был интроспективным, воле он приписывал первенство над разумом. Греки склонялись к финализму и натурализму, Августин представлял бога как бесконечность, а мир — как продукт сверхъестественной силы и творение милости. Интроспективная позиция переходит в персонализм, бог — это прежде всего персона, сущностью которой является воля; этим самым философия Августина отворачивается от универсализма древних. Она основана на доверии к силам воли, веры, любви и милости, но ни в коем случае не к силам разума и доказательств.

В творчестве Августина много противоречий и натяжек. Так, с одной стороны, он полагал, что истина доступна лишь индивидам, а с другой — считал ее привилегией церкви. С одной стор

В последнее время изучение проблемы агрессивного поведения человека стало едва ли не самым популярным направлением исследовательской деятельности психологов всего мира. В Европе и Америке на эту тему написано огромное количество статей и книг, регулярно проводятся международные конференции, симпозиумы и семинары по этой проблематике. И, конечно, речь идет не о научной моде, а о специфической реакции психологического сообщества на беспрецедентный рост агрессии и насилия в «цивилизованном» двадцатом веке. Невозможно сегодня представить себе такую газету, журнал или программу радио- и телевизионных новостей, где не было бы ни одного сообщения о каком-либо акте агрессии или насилия. За последнее десятилетие во всем мире, особенно в странах СНГ, отмечается рост насильственных действий, сопряженных с особой жестокостью над людьми. Особенно остро, в настоящий момент, является проблема роста детской преступности и ассоциальности.

В связи с этим, перед психологами и педагогами возникли вопросы, касающиеся детской агрессии. Следует отметить, что сама по себе тема «детской агрессивности» долгое время была закрыта и поэтому не получила должной разработки в отечественной психологии. Даже в настоящее время публикации на эту тему у нас единичны, и представляют собой, главным образом, обзор зарубежных исследований.

И, тем не менее, можно констатировать, что на сегодня наиболее впечатляющие результаты в изучении природы и механизмов агрессивного поведения детей достигнуты именно в психологической науке. Но вполне естественно, что в этой интересной, сложной и интенсивно изучаемой области все еще остается много нерешенных проблем, и нет ответов на многие вопросы.

Данная работа посвящена рассмотрению некоторых сторон детской агрессивности, методом ее диагностики и коррекции.

Была выдвинута следующая гипотеза: обучение детей старшего дошкольного возраста приемам конструктивного выражения агрессии способствует снятию эмоционального напряжения и снижает уровень неконтролируемых, агрессивных импульсов.

Цель работы: диагностика и коррекция агрессивного поведения детей старшего дошкольного возраста.

Задачи:

изучение научно-методической литературы по данной теме;

организация диагностического эксперимента;

обучение детей старшего дошкольного возраста конструктивным формам выражения агрессивного поведения;

оценка и анализ результатов полученных в ходе контрольного эксперимента;

разработка методических рекомендаций для воспитателей и родителей;

Предмет – способы конструктивного выражения агрессии.

Объект – агрессивное поведение детей.

Базой экспериментального исследования являлась старшая группа ДОУ № 86, расположенное по адресу: г. Барнаул, ул. Партизанская 88.

Для достижения поставленных задач были использованы следующие методы: наблюдение методика РНЖ (рисунок несуществующего животного), цветовой тест Люшера, игровые методы и приемы.

Глава 1. Агрессия: ее определение, основные теории, механизмы возникновения и развития.

1.1. Обзор основных теоретических направлений в описании агрессии.

На протяжении многих веков человечество задавалось вопросом: почему люди действуют агрессивно по отношению друг к другу, и какие меры необходимо принять для того, что бы предотвратить или взять под контроль подобное деструктивное поведение?

Этот вопрос рассматривался с различных позиций – с точки зрения философии, поэзии и религии. Однако только в нашем столетии данный вопрос стал предметом систематического научного исследования.

Но для рассмотрения проблемы агрессивности, необходимо выявить, что же такое агрессия? Современный словарь по психологии дает такое определение: «Агрессия — мотивационное поведение, акт, который может часто наносить вред объектам атаки-нападения или же физический ущерб другим индивидам, вызывающее у них депрессию, психодискомфорт, неуютность, напряженность, страх, боязнь, состояние подавленности, аномальное психопереживание». [31,7] Берковиц Л. обратил внимание на то, что одна из главных проблем в определении агрессии заключается в том, что в английском языке этот термин подразумевает большое разнообразие действии. [50,225]

«Когда люди характеризуют кого-то как агрессивного, они могут сказать, что он обычно оскорбляет других, или что он часто недружелюбен, или же он, будучи достаточно сильным, пытается делать все по-своему, или, может быть, возможно, без страха бросается в омут неразрешенных проблем». [50,225].

Бассов М.В. предложил такое определение агрессии. Агрессия – это любое поведение, содержащее угрозу или наносящее ущерб другим [28,16].

Несмотря на значительные разногласия, относительно определения агрессии, многие специалисты в области социальных наук, в настоящее время склоняются к следующему определению: «агрессия – это любая форма поведения, нацеленного на оскорбление и причинение вреда другому живому существу, не желающему подобного обращения».[23,15]

Из этого определения следует, что агрессию следует рассматривать не как модель поведения, а как эмоцию, мотив или установку. Термин агрессия часто ассоциируется с негативными эмоциями, – такими как злость; с мотивами, – такими, как стремление оскорбить или навредить; и даже с негативными установками, – такие как расовые и этнические предрассудки. Несмотря на то, что все эти факторы, несомненно, играют важную роль в поведении, результатом которого становится причинение ущерба, их наличие не являются необходимым условием для подобных действий. Агрессия разворачивается как в состоянии полнейшего хладнокровия, так и чрезвычайно эмоционального возбуждения. Также совершенно необязательно, чтобы агрессоры ненавидели или даже не симпатизировали тем, на кого направлены их действия. Многие причиняют страдания людям, к которым относятся скорее положительно, чем отрицательно (случаи насилия в семье) [23,18].

Вопрос о том, почему люди совершают опасные агрессивные действия долго, был предметом серьезных дискуссии, высказывались резко отличающиеся друг от друга взгляды относительно причин возникновения агрессии, ее природы и факторов, влияющих на ее проявление. При всем разнообразии выдвигающихся противоречивых теоретических обоснований, большинство из них подпадает под одну из четырех следующих категорий. Агрессия относится в первую очередь к: 1.врожденным побуждениям или задаткам; 2.потребностям, активизируемым внешними стимулами; 3.позновательным и эмоциональным процессам; 4.актуальным социальным условиям в сочетании с предшествующим научением [38,23].

Самое раннее и, возможно, наиболее известное теоретическое положение, имеющее, отношение к агрессии, — это то, согласно которому данное поведение по своей природе преимущественно инстинктивное.

Одним из представителей данной теории является Зигмунд Фрейд. Он в своих ранних работах утверждал, что все человеческое поведение проистекает, прямо или косвенно, из эроса, инстинкта жизни, чья энергия (известна как либидо) направлена на упрочнение, сохранение и воспроизведение жизни [35,111]. В этом общем контексте агрессия рассматривалась просто как реакция на блокирование или разрушение либидозных импульсов. Агрессия как таковая не трактовалась ни как неотъемлемая, ни как постоянная и неизбежная часть жизни [35,111].

Пережив опыт насилия первой мировой войны, З.Фрейд предположил существование второго основного инстинкта, танатоса – влечение к смерти, чья энергия направлена на разрушение и прекращение жизни. Он утверждал, что все человеческое поведение является результатом сложного взаимодействия этого инстинкта с эросом и что между ними существует постоянное напряжение. Ввиду того, что существует острый конфликт между сохранением жизни (то есть эросом) и ее разрушением (танатосом), другие механизмы (например, смещение) служат цели направлять энергию танатоса во вне, в направлении от «Я». Таким образом, танатос косвенно способствует тому, что агрессия выводиться и направляется на других [36,376].

Положение об инстинкте стремления к смерти является одним из наиболее спорных в теории психоанализа. Оно было фактически отвергнуто многими учениками Фрейда, разделявшими его взгляды по другим вопросам. Тем не менее, утверждение о том, что агрессия берет начало из врожденных, инстинктивных сил, в целом находило поддержку даже у критиков [36,380].

Взгляд теоретиков – эволюционистов во многом схож с позицией З.Фрейда, но они считали, что источником агрессивного поведения является другой врожденный механизм: инстинкт борьбы, присущий всем животным, включая человека [16,115].

А представители социобиологического подхода считают что; агрессивность – это средство, с помощью которого индивидуумы пытаются получить свою долю ресурсов, что в свою очередь, обеспечивает успех (преимущественно на генетическом уровне) в естественном отборе [3,34].

В то время как различные теории агрессии как инстинкта сильно разнятся в деталях, все они сходны по замыслу. В частности, центральное для всех теорий является положение о том, что агрессия является следствием по преимуществу инстинктивных, врожденных фактов, логически ведет к тому, что агрессивные проявления почти не возможно устранить. Ни удовлетворение всех материальных потребностей, не устранение социальной справедливости, ни другие позитивные изменения в структуре человеческого общества не смогут предотвратить зарождение и проявление агрессивных импульсов. Самое большее, чего можно достичь, — это временно не допускать подобных проявлений или ослабить их интенсивность. Поэтому, согласно данным теориям, агрессия в той или иной форме всегда будет нас сопровождать. И в самом деле, агрессия является неотъемлемой частью нашей человеческой природы [38,71].

Но теория «Агрессия, как инстинктивное поведение» никогда не была принята психологами всерьез. Более распространенными являются теории побуждения, которые предполагают, что источником агрессии является, в первую очередь, вызываемый внешними причинами позыв, или побуждение, причинить вред другим [37,447]. Наибольшим влиянием среди теории этого направления пользуется теория фрустрации – агрессии, предложенная несколько десятилетий назад Дж.Доллардом и его коллегами [3,37]. Согласно этой теории, у индивида, пережившего фрустрацию, возникает побуждение к агрессии. В некоторых случаях агрессивный позыв встречает какие-то внешние препятствия или подавляется страхом наказания. Однако и в этом случае побуждение остается и может вести к агрессивным действиям, хотя при этом они будут нацелены не на истинного фрустратора, а на другие объекты, по отношению к которым агрессивные действия могут совершаться беспрепятственно и безнаказанно. Это общее положение о смещенной агрессии было расширено и пересмотрено М.Миллером, выдвинувшим систематизированную модель, объясняющую появление этого феномена [3,124].

Теория когнитивной модели агрессивного поведения, не содержит в себе каких – либо принципиально новых формулировок. Просто вышеизложенные теоретические модели уточнены и расширены в результате приложения их к эмоциональным и когнитивным процессам, выступающих в качестве основных детерминант агрессии [44,27].

Л.Берковиц, в своих поздних работах, подверг пересмотру свою оригинальную теорию, перенеся акцент с посылов к агрессии на эмоциональные и познавательные процессы и тем самым, подчеркнув, что именно последние лежат в основе взаимосвязи фрустрации и агрессии [50,225].

В редакции 1989 года теория Л.Берковица гласит [50,238], что посылы к агрессии вовсе не являются обязательным условием для возникновения агрессивной реакции. Скорее они лишь «интенсифицируют агрессивную реакцию на наличие некоего барьера, препятствующего достижению цели». Он также представил доказательства того, что индивидуум, которого спровоцировало на агрессию (то есть он объясняет свои негативные чувства как злость), может стать более восприимчивым и чаще реагировать на посылы к агрессии [50,229]. Итак, хотя агрессия может появляться в отсутствии стимулирующих ее ситуационных факторов, фрустрированный человек будет все-таки чаще обращать внимание на эти стимулы, и они, скорее всего, усилят его агрессивную реакцию [50,232].

Из данной теории следует, что агрессивное поведение человека можно контролировать, «просто» научая людей реально представлять себе потенциальную опасность, которая может исходить от явно угрожающих ситуаций или людей. Однако не надо игнорировать важную роль эмоций в этих моделях поведения. И Л.Берковиц и М.Зильман признают, что агрессия бывает импульсивной, не подвластной контролю рассудка [3,120]. Как полагает М.Зильман [3,122], большинство людей научаются реагировать на воспринятую ими провокацию ответной агрессией. Так что «навык», который они приобретают, когда когнитивные процессы дезинтегрированы, являются деструктивными. В соответствии с данными положениями, подходящим способом научиться контролировать или устранять импульсивную агрессию представляется выработка конструктивных или неагрессивных привычек в ответ на провокацию.

И последнее теоретическое направление, это теория социального научения, предложенная А.Бандурой [49,329]. Это теория уникальна: агрессия рассматривается здесь как некое специфическое социальное поведение, которое усваивается и поддерживается в основном точно также как и многие другие формы социального поведения.

Согласно А. Бандуре [49,331], исчерпывающий анализ агрессивного поведения требует учета трех мотивов: 1.способы усвоения подобных действий (биологический фактор – гормоны, нервная система; научение – наблюдение, опыт); 2. Факторов провоцирующих их появление (воздействие шаблонов – возбуждение, внимание; неприемлемое обращение – нападки, фрустрация; побудительные мотивы – деньги, восхищение; инструкция – приказ; эксцентричными убеждениями – параноидальные идеи); 3. условий, при которых они закрепляются (внешними поощрениями и наказаниями – материальное вознаграждение; викарное подкрепление – наблюдение за тем, как поощряют и наказывают других; механизмы саморегуляции – гордость, вина).

Таким образом, теория социального научения утверждает, что агрессия появляется только в соответствующих социальных условиях, то есть, в отличие от других теоретических направлений, теория этого направления гораздо более оптимистично относиться к возможности предотвращения агрессии или взятия ее под контроль.

1.2. Становление агрессивного поведения.

Агрессивные действия у ребенка можно наблюдать уже с самого раннего возраста. Генри Паренс рассмотрел две формы агрессии, которые проявляются у детей любого возраста даже у очень маленьких [19,15]. Первая – недеструктивная агрессия, то есть настойчивое, неврожденное самозащитное поведение, направленное на достижение цели и тренировку. Недеструктивная агрессия вызывается врожденными механизмами, служащими для адаптации к среде, удовлетворению желаний и достижение цели. Эти механизмы наличествуют и функционируют, хотя и достаточно примитивно, с самого момента рождения человека [19,18].

Другая форма – врожденная деструктивность, то есть злобное, неприятное, причиняющее боль окружающим поведение. Ненависть, ярость, задиристость, желание отомстить и т.п. тоже могут быть формой самозащиты, однако порождают множество личных проблем и заставляют страдать окружающих. Врожденная деструктивность, в отличие от недеструктивной агрессии, не проявляется сразу после рождения. Однако механизмы ее продуцирования (генерирования) или мобилизации существуют с самого начала жизни ребенка. Врожденная деструктивность вызывается и активизируется в результате сильных неприятных переживаний (чрезмерная боль или дистресс) [19,23].

Вся эмоциональная жизнь ребенка находится под влиянием этих двух форм агрессии. Принципиально недеструктивная, невраждебная форма агрессивного поведения обнаруживается у детей уже с первых месяцев жизни. Ребенок ведет себя агрессивно, чтобы самоутвердиться, взять верх в какой-либо ситуации, а так же совершенствовать свой опыт. Этот тип агрессии является важной мотивировкой для развития познания и способности положиться на себя. Такое поведение служит для защиты потребностей, собственности, прав и тесно связанно с удовлетворением личностных желаний, достижением цели так же, как и со способностью к адаптации. Безусловно, проявление этого типа агрессии естественны для здоровой адаптации к среде [13,68].

Вторая форма, врожденная деструктивность, проявляется в злобном и враждебном поведении, связанным с переживанием интенсивного дистресса и боли, но может вызываться так же особым удовольствием причинять боль и явным желанием делать это. Причем агрессивные черты в поведении детей наблюдались с первых дней жизни. Даже у новорожденных детей наблюдались реакции ярости. Но младенец в первые месяцы жизни не осознает своих желаний что-нибудь разрушить или навредить кому-либо. Способность иметь такое желание не возникает ранее первого года жизни. К концу первого года, наблюдается реакция ярости у детей, без труда можно заметить, что ребенок испытывает чувство враждебности и нередко оно сопровождается желанием причинить вред. Примером этого может служить тот случай, когда ребенок гневно швыряет игрушки, если его против воли усаживают в коляску [13,73].

Наблюдения за детьми (даже в тех случаях, когда их поведение исключает разрушительные желания) показывают, что должен существовать некий пусковой механизм для реакции ярости [19,17]. Таким пусковым механизмом является переживание чрезмерной боли или дистресса и дискомфорт. Под воздействием дистресса или боли возникает желание причинить боль и вызвать деструкцию объекта или личности, которые были предметом контроля. В этом и состоит суть враждебного поведения и проявление ненависти и ярости [19,38].

Подобная форма агрессивности, носящая характер амбивалентности, хорошо известна специалистам, работающим в области психического здоровья [3,24]. Именно она может приводить к возникновению эмоциональных конфликтов, острого чувства вины, формировать грубые черты в характере, лимитировать способность к адаптации, к установлению доброжелательных отношений с людьми и ко многому другому. Без преувеличения можно сказать, что способность ребенка справляться со своей агрессией определяет его будущее благополучие и развитие его индивидуальных и социальных качеств.

Но прежде чем научить ребенка справляться со своей агрессией, необходимо проанализировать факторы, обусловливающие становление и развитие агрессивного поведения.

Дети черпают знания о моделях агрессивного поведения из двух источников. Семья может одновременно демонстрировать модели агрессивного поведения и обеспечить его подкрепление. Вероятность агрессивного поведения детей зависит от того, сталкиваются ли они с проявлением агрессии у себя дома. Агрессии они также обучаются при взаимодействии со сверстниками, зачастую узнавая о преимуществах агрессивного поведения во время игр. Теперь рассмотрим действие каждого источника [9,17].

«Агрессивные дети, как правило, вырастают в семьях, где дистанция между детьми и родителями огромна, где мало интересуются развитием детей, где не хватает тепла и ласки, отношение к проявлению детской агрессии безразличное или снисходительное, где в качестве дисциплинарных воздействий предполагают силовые методы, особенно физические наказания». [43,21]

Именно в лоне семьи ребенок проходит первичную социализацию. На примере взаимоотношений между членами семьи он учиться взаимодействовать с другими людьми, обучается поведению и формам отношений, которые сохраняются у него в подростковом периоде и в зрелые годы. Реакции родителей на неправильное поведение ребенка, характер отношений между родителями и детьми, уровень семейной гармонии или дисгармонии, характер отношений с родными братьями или сестрами – вот факторы, которые могут предопределять агрессивное поведение ребенка в семье и вне ее, а также влиять на отношения с окружающими в зрелые годы [28,16].

Прежде чем обратиться непосредственно к семейным взаимоотношениям, следует отметить, что такая характеристика семьи, как «полная или неполная», представляется связанной с агрессивностью детей. Эта характеристика квалифицирует как раз те самые составляющие семейной обстановки, которые связываются со становлением агрессивности, — один или оба родителя живут с ребенком под одной крышей, и каков характер взаимоотношений между ними. Например, Р.Геттинг обнаружил [2,18], что малолетние убийцы зачастую происходят из неполных семей. П.Мак-Карти сообщает [4,7], что малолетние убийцы, как правило, происходят из «семей, где царит атмосфера беспорядка и безмолвия, где безразличие к чувствам других часто идет рука об руку с физической жестокостью и недостаточной поддержкой и заинтересованностью» в жизни ребенка.

Если у детей плохие отношения с одним или обоими родителями, если дети чувствуют, что их считают никуда не годными, или не ощущают родительской поддержки, они, возможно, окажутся втянутыми в преступную деятельность, будут ополчаться на других детей, сверстники будут отзываться о них как об агрессивных, будут вести себя агрессивно по отношению к своим родителям [4,75]. В.Штайнметц сообщает [38,73], что для людей совершавших заказные политические убийства (или покушения), характерно происхождение из распавшихся семей, где родителям было не до ребенка. Женщины, на которых в детстве их собственные матери обращали не так много внимания и которые не получили от родителей необходимой поддержки, склонны применять карательные меры воспитания и срывать гнев на своих детях.

Согласно теории привязанности маленькие дети различаются по степени ощущения безопасности своих взаимоотношений с матерью [3,120]. У надежно привязанного ребенка в прошлом – надежное, устойчивое и чуткое отношение со стороны матери; он склонен доверять другим людям, иметь довольно хорошо развитые социальные навыки. Ненадежно привязанный или тревожащийся по поводу своей привязанности ребенок будет либо резистентным, либо избегающим. Тревожный, избегающий ребенок, в общем, и в целом, избегает своей воспитательницы. Такие дети несговорчивы и сопротивляются контролю. Резистентный ребенок расстраивается при разлуке с матерью, а ей нелегко его успокоить при новой встрече. Такие дети проявляют физическую агрессию, импульсивны, для них характерны эмоциональные вспышки. Ненадежно привязанные дети оцениваются своим сверстниками как участвующие в большем числе драк, чем надежно привязанные [3,123].

Аспект семейных взаимоотношений, вызывающий наибольший интерес социологов – это характер семейного руководства, то есть действия родителей, имеющие своей целью «наставить детей на путь истинный» или изменить их поведение [40,35]. Некоторые родители вмешиваются редко. При воспитании, они сознательно придерживаются политики невмешательства — позволяют ребенку вести себя как он хочет или просто не обращают на него внимания, не замечая, приемлемо или неприемлемо его поведение. Другие же родители вмешиваются часто, либо поощряя (за поведение, соответствующее социальн

В концептуальную схему “фрустрация — агрессия” — Л. Берковитц ввел три существенные поправки: а) фрустрация не обязательно реализуется в агрессивных действиях, но она стимулирует готовность к ним; б) даже при состоянии готовности агрессия не возникает без надлежащих условий; в) выход из фрустирующей ситуации с помощью агрессивных действий воспитывает у индивида привычку к подобным действиям.

В заключение следует отметить, что в процессе своего развития фрустрационный подход претерпел значительные изменения и разделился на два относительно самостоятельных течения. Сторонники первого течения остались приверженцами фрустрационно-агрессивной гипотезы и продолжают в основном исследовать условия, при которых ситуация фрустрации ведет к возникновению агрессивных действий. К таким важным, на их взгляд, условиям относятся, сходство-несходство агрессора и жертвы, оправданность-неоправданность агрессии, уровень агрессивности как личностной характеристики человека.

Сторонники второго течения создали собственную концепцию фрустрации, в основу которой положен анализ фрустрационных ситуаций, классификации и типологии реакций на фрустрацию. Так, С. Розенцвейгом выделяются три типа причин, вызывающих фрустрацию:

1) лишения — отсутствие необходимых средств для достижения цели или удовлетворения потребности. В качестве иллюстрации “внешнего лишения”, т.е. случая, когда фрустратор находится вне самого человека С. Розенцвейг приводит ситуацию, когда человек голоден, а пищи достать не может. Примером “внутреннего лишения”, т.е. при фрустраторе, коренящемся в самом человеке, может служить ситуация, когда человек испытывает влечение к женщине и вместе с тем сознает, что он настолько “привлекателен”, что не может рассчитывать на взаимность.

2) потери — утрата предметов или объектов, ранее удовлетворяющих потребности. Примеры: смерть близкого человека; сгорел дом, в котором долго жили.

3) конфликт — одновременное существование двух несовместимых друг с другом побуждений, амбивалентных чувств или отношений. Пример “внешнего конфликта”: человек, который любит женщину, остающуюся верной своему мужу. Пример “внутреннего конфликта”: человек хотел бы соблазнить любимую женщину, но это желание блокируется представлением о том, что было бы, если бы кто-нибудь соблазнил его мать или сестру.

Кроме того, многие исследователи стали рассматривать агрессию лишь как один из возможных выходов из фрустрирующей ситуации. Более того, некоторые из них пришли к выводу, что при фрустрации личность реагирует целым комплексом защитных реакций, одна из которых играет ведущую роль. Например, в некоторых случаях человек реагирует на фрустрацию уходом, сопровождающимся агрессивностью, которая не проявляется открыто: в буквальном смысле — уйти, громко хлопнув дверью.

2) если положительно подкрепление устраняется после той или иной реакции ребенка, то результат — отрицательное наказание. Например, когда ребенок, привыкший к похвале за школьные успехи, вдруг не услышал ее после полученной отличной отметки. Он привык к похвале, а но этот раз ее не было. И в результате отсутствие похвалы воспринимается ребенком как наказание.

3) если за реакцией следует отрицательное подкрепление, то результат — положительное наказание. К примеру, подросток, испытывающий недостаток внимания и любви со стороны родителей, совершает кражу и получает от них сильную трепку. Эта трепка и есть положительное наказание: он, наконец, привлек внимание родителей.

4) если отрицательно подкрепляющее средство устраняется после реакции, то результат — отрицательное поощрение. Например, учащийся, которого педагог в течение года сильно критиковал за слабую учебу, в последней четверти повысил свою успеваемость, за что педагог не похвалил его, но и не сказал ничего плохого. Поэтому отказ от критики рассматривается ребенком как поощрение.

Что касается исследований проблемы, то существуют неопровержимые доказательства того, что если ребенок ведет себя агрессивно и получает при этом положительное подкрепление, то вероятность его агрессии в будущем в аналогичных ситуациях многократно возрастает. Постоянное положительное подкрепление определенных агрессивных актов, в конце концов, сформирует привычку агрессивно реагировать на различные раздражители. Следовательно, наблюдение и подкрепление агрессии со временем развивает у человека высокую степень агрессивности как личностной черты. Точно так же наблюдение и подкрепление неагрессивного поведения развивает низкую степень враждебности.

В настоящее время теория социального научения является одной из наиболее эффективных в предсказании агрессивного поведения, особенно если есть сведения об агрессоре и ситуации социального развития.

Кроме того, например, дети из семей, использующих различные способы социального подкрепления, по-разному воспринимают телепередачи агрессивного содержания. Дети, которые в семье чаще подвергаются наказаниям, во-первых, вообще больше смотрят телевизионные передачи, во-вторых, в качестве любимых передач они отмечают большее количество программ, в которых присутствует насилие, а в качестве любимых героев-телегероев, проявляющих враждебность и агрессию.

4. Желание возмездия. Агрессия часто, особенно в детском возрасте, может возникать как ответная реакция на неприемлемое поведение окружающих, т.е. как акт возмездия за что-либо. Так, например, ребенок, часто подвергавшийся наказаниям, усваивает, что человек сам должен наказывать, или другие совершают неблаговидные поступки. Ответное причинение страданий своему обидчику (явное, косвенное или в фантазиях) и наблюдение его страданий ослабляют у ребенка реакцию гнева и удовлетворяют его потребность в агрессии.

Существуют также некоторые данные, которые свидетельствуют о наличии прямой зависимости между возможностью осуществить возмездие и агрессией. Было определено, что при отсутствии возможности возмездия уровень агрессивной мотивации в результате фрустрации повышается, а уровень мотивации торможения агрессии снижается.

Более того, полученные экспериментальные данные позволяют сделать предположение, что агрессивное кино негативно действует только на человека, подвергшегося агрессии и думающего о возмездии, поскольку некоторые его сюжеты могут не только привести к возникновению замещающего переживания, но возбуждать и умножать надежды на отмщение обидчику, а следовательно, приводить к усилению агрессивной мотивации.

В дальнейшем ребенок постепенно научается контролировать свои агрессивные импульсы и выражать их в приемлемых рамках. Проявления агрессивности в этом возрасте, главным образом, зависит от реакции и отношения родителей к тем или иным формам поведения. Если родители относятся нетерпимо к любым проявлениям открытой агрессии, то в результате могут формироваться символические формы агрессивности, такие как нытье, фырканье, упрямство, непослушание и другие виды сопротивления.

Следует также отметить, что в этом возрасте усиливается “исследовательский инстинкт” и значительно расширяются социальные контакты ребенка. И в то же время малыш сталкивается с целой системой, новых для его опыта запретов, ограничений и социальных обязанностей. Невольно, попадая в конфликтную ситуацию между ненасытной любознательностью, спонтанным интересом ко всему новому и необычному и родительским “нельзя”, ребенок испытывает сильнейшую депривацию — ограничение возможности удовлетворения свои потребностей. И воспринимает эту ситуацию как акт отвержения со стороны родителей. Невозможность разрешения этого конфликта приводит к тому, что в нем просыпаются злость, отчаяние, агрессивные тенденции.

Однако если раньше родители на агрессивность ребенка реагировали лаской, отвлечением внимания, попытками свести все дело к шутке, то теперь они чаще прибегают к угрозам, лишениям удовольствий, изоляции. Ребенок задумывается, как же ему реагировать на усиливающиеся санкции со стороны родителей, как вести себя дальше, чтобы родительская контр агрессия была по возможности минимальной. И чаще всего ребенок не находит выхода из создавшегося положения. Это может привести ко всевозможным психический расстройствам, которые проявляются в некоторых реакциях ребенка: он теряет аппетит, перестает проситься на горшок, тревожно спит.

В дальнейшем проявления агрессивности во много связаны с процессами поло-ролевой идентификации ребенка или особенностями “эдиповой ситуации” в семье. В частности, использование техники “Doll-play” (когда ребенок играет в куклы, представляющие членов семьи) позволило установить, что игра мальчиков отличается большей агрессивностью к куклам, чем игра девочек. Наибольшая агрессия у мальчиков наблюдалась к кукле “отца”, а наименьшая — к кукле “матери”, у девочек — наоборот. Было также замечено, что мальчики, имеющие отца, проявляют больше агрессивности, чем мальчики, выросшие без отца. В семьях, где нет отца, основы мужских черт у сыновей возникают медленнее и мальчики — менее агрессивны и более зависимы. Здесь следует заметить, что родители, в свою очередь, начинают занимать более дифференцированную позицию по отношению к ребенку, т.е. воспринимают его не только как “ребенка”, но и как “мальчика” или “девочку”.

Влияние ближайшего окружения и процессов осознания собственной половой принадлежности на формирование агрессивных форм поведения очень хорошо можно проследить, если сравнить поведение мальчиков и девочек. В частности, отмечается, что если в 2-летнем возрасте в арсенале средств проявления агрессивности мальчиков и девочек примерно в одинаковой пропорции встречаются плач, визг и взаимные шлепки, то к 4 годам фрустрация, неудачи вызывают у них неодинаковую реакцию: мальчики большей частью дерутся, а девочки визжат.

Сторонники различных психологических школ объясняют это по-разному. Психоаналитическое направление, опирающееся на постулат о врожденности тенденций к агрессивному поведению и проявлению гнева, доказывает, что у мальчиков эти тенденции проявляются в большей степени, чем у девочек. В рамках бихевиористического направления также отмечается большая агрессивность мальчиков по сравнению с девочками, но это объясняется разными для первых и вторых социально одобряемыми моделями поведения. На основе анализа ряда экспериментальных исследований было установлено, что в первые годы жизни нет различий в частоте и продолжительности отрицательных эмоциональных реакций у мальчиков и девочек, но с возрастом их частота и интенсивность у мальчиков возрастают, а у девочек — убывают. Комментируется это тем, что девочки, имея те же агрессивные тенденции, что и мальчики, боятся их проявить из-за страха наказания, в то время как к агрессии мальчиков окружающие относятся более благосклонно. С возрастом эти модели закрепляются: число проявлений агрессии в поведении девочек постепенно сокращается, и они становятся менее агрессивными, даже если в раннем детстве были очень драчливы.

Кросскультурные исследования показывают, что если взять наиболее простые и часто встречаемые формы детской агрессии, как то реакции обидеть или ударить, то у детей в возрасте от 3 до 11 лет можно наблюдать в среднем по 9 агрессивных актов в частности 29% из них составляют непосредственные ответные реакции на нападение противоположной стороны. Причем эта доля остается практически постоянной, изменяется лишь в зависимости от пола и составляет 33% у мальчиков и 25% у девочек. С возрастом происходит также смена форм агрессии: частота простого физического нападения уменьшается за счет роста более “социализированных” форм, таких как оскорбление или соперничество. Здесь можно отметить существование половозрастных различий в способах выражения агрессивности мальчиков и девочек восьми, одиннадцати и пятнадцати лет. Так, было обнаружено, что девочки двух старших возрастных групп используют в основном непрямые способы агрессивного поведения, в отличие от мальчиков, использующих прямые способы агрессивного поведения. Выявлено, что способность к использованию непрямых способов агрессивного поведения формируется у девочек к 11-летнему возрасту. А в целом в возрастной группе 11 лет дети наиболее высоко оценили себя по уровню агрессии.

Вышеизложенное подтверждается и данными других экспериментальных исследований. В частности, изучалось влияние социализации на соотношение вербальной (замечания, выговоры, угрозы, сплетни, оскорбления, обвинения, критика) и физической (нападения, драки) агрессии детей различного возраста. Результаты показывают, что у дошкольников и младших школьников соотношение форм выражения агрессии прямо противоположно: у мальчиков преобладает физическая агрессия, в то время как у девочек — вербальная. позднее у мальчиков младшего подросткового возраста тенденция изменяется: вербальная агрессия становится доминирующей, и, кроме того, они чаще прибегают к словесному способу выражения негативных чувств, чем девочки того же возраста. Вместе с тем отмечается и одна примечательная особенность поведения детей: с возрастом агрессивность детей все больше приобретает враждебную окраску.

Традиционные представления о мужской и женской агрессивности сказываются и на дальнейшем поведении: и мальчики, и девочки в той или иной степени научаются подавлять собственные агрессивные побуждения, однако мальчики все же имеют больше возможности для свободного проявления агрессивности.

Кроме того, если в процессе развития ребенок не научится контролировать свои агрессивные импульсы, то в дальнейшем это грозит преимущественной ориентацией на сверстников — в подростковом возрасте и склонностью к разгульному поведению — в юношеском.

Представляет интерес зависимость между реакцией родителей на ранее проявление агрессивности со стороны детей и агрессивностью, проявляемой ими в более зрелом возрасте. Родители часто по-разному реагируют на агрессивное поведение детей в зависимости от того, направлено ли оно на них или на сверстников. Как правило, строже наказывается ребенок за агрессивность по отношению ко взрослому, чем по отношению к своему сверстнику, особенно если последний действительно заслужил это.

Таким образом, предполагается, что в подростковом, юношеском или более позднем возрасте выросший ребенок будет чувствовать себя спокойнее, проявляя агрессивность лишь по отношению к сверстнику или равному по статусу человеку, а не по отношению к какому-либо авторитетному лицу (педагогу, руководителю, начальнику). Более того, у него, вероятнее всего, будет формироваться и укрепляться чувство вины всякий раз, когда он проявит агрессивные чувства или действия против старшего либо сверстников того же возраста.

Приведенная здесь таблица хорошо иллюстрирует зависимость санкций родителей и субъективные переживания детей по поводу агрессивности в более зрелом возрасте.

Р. Сирс, С. Маккоби и Х. Левин отмечали, что в социализации агрессии присутствуют два важных момента: 1) снисходительность (степень готовности родителей прощать поступки ребенка) и 2) строгость наказания родителями агрессивного поведения ребенка. При этом снисходительность рассматривалась как поведение родителя до совершения поступка (ожидания родителя, предостерегательная тактика в отношении появления агрессии и др.), а строгость наказания — после совершения поступка (сила наказания за проявленную агрессию).

1. Родители поощряют агрессивность в своих детях непосредственно либо показывают пример (модель) соответственного поведения по отношению к другим и к окружающей среде. Определено, что дети, наблюдающие агрессивность взрослых, особенно если это значимый и авторитетный для них человек, которому удается добиться успеха благодаря агрессивности, обычно воспринимают эту форму поведения.

2. Родители наказывают детей за проявление агрессивности. В ряде исследований было установлено что:

а) родители, которые очень резко подавляют агрессивность у своих детей, воспитывают в ребенке чрезмерную агрессивность, которая будет проявляться в более зрелые годы;

б) родители, которые не наказывают своих детей за проявление агрессивности, вероятнее всего, воспитывают в них чрезмерную агрессивность;

в) родители, разумно подавляющим агрессивность у своих детей, как правило, удается воспитать умение владеть собой в ситуациях, провоцирующих агрессивное поведение.

Таким образом, психологи высказывают предположение, что именно психологическое здоровье детей и школьников можно рассматривать и как цель, и как критерий эффективности психологической службы государственного образования.

Существует много подходов к пониманию и решению этой проблемы. Сам термин “психическое здоровье” неоднозначен, он прежде всего как бы связывает собою две науки и две области практики — медицинскую и психологическую. В последние десятилетия на пересечении медицины и психологии возникла особая отрасль — психосоматическая медицина, в основе которой лежит понимание того, что любое соматическое нарушение всегда так или иначе связано с изменениями в психическом состоянии. В некоторых случаях психические состояния становятся главной причиной заболевания, в других случаях они являются как бы толчком, ведущим к болезни, иногда особенности психики воздействуют на протекание болезни, иногда физические недуги вызывают психические переживания и психологический дискомфорт.

Термин “психическое здоровье” был введен Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ). В докладе Комитета экспертов ВОЗ “Психическое здоровье и психосоциальное развитие детей” (1979) сказано, нарушения психического здоровья связаны с соматическими заболеваниями или дефектами физического развития, так и с различными неблагоприятными факторами и стрессами, воздействующими на психику и связанными с социальными условиями.

В кратком психологическом словаре под редакцией А.В. Петровского и М.Г. Петровского и М.Г. Ярошевского термин “психическое здоровье” трактуется как интегральная характеристика полноценности психологического функционирования индивида.

Основным условием нормального психосоциального развития (помимо здоровой нервной системы) признается спокойная и доброжелательная обстановка, создаваемая благодаря постоянному присутствию родителей или замещающих их лиц, которые внимательно относятся к эмоциональным потребностям ребенка, беседуют и играют с ним, поддерживают дисциплину, осуществляют необходимое наблюдение и обеспечивают материальными средствами, необходимыми семье. В то же время следует предоставлять ребенку больше самостоятельности и независимости, давать ему возможность общаться с другими детьми и взрослыми вне дома и обеспечивать соответствующие условия для обучения.

Все эти и другие вопросы требуют серьезного рассмотрения и изучения. Ясно лишь одно: психологическое здоровье неразрывно связано со здоровьем психическим, состояние и развитие которого еще не занимает подобающего ему места в педагогических и психологических программах работы с ребенком.

Столь же ярким примером является феномен “госпитализации”, при котором взаимодействие ребенка со взрослым ограничивается лишь формальным уходом за детьми и исключается возможность полноценного эмоционального общения между ребенком и взрослым человеком (это происходит при помещении ребенка раннего возраста в дом ребенка). Доказано, что такие дети во многом отстают от своих сверстников как в физическом, интеллектуальном, так и в эмоциональном развитии: они позже начинают сидеть, ходить, говорить, их игры бедны и однообразны и часто ограничиваются простой манипуляцией с предметом.

В нормальной обыденной жизни ребенок окружен вниманием и заботой взрослых, и, казалось бы, не должно быть поводов для беспокойства. Однако и среди детей, воспитывающихся в семье, наблюдается весьма высокий процент психических заболеваний, в т.ч. неврозов, появление которых обусловлено не наследственными, а социальными факторами, т.е. причины заболевания лежат в сфере человеческих взаимоотношений. Более того, по данным В.А. Колиеговой (1971), А.И. Захарова (1988) и других исследователей, наибольшее число неврозов наблюдается в старшем дошкольном возрасте. Поэтому родителям с первых лет жизни ребенка необходимо принимать во внимание возможность появления отклонения в нервно-психологическом развитии детей и знать причины, вызывающие такое отклонение. В психологической литературе выделены и достаточно глубоко проанализированы факторы, оказывающие влияние на психическое здоровье ребенка. Большинство из этих факторов носят социально-психологический, социально-культурный и социально-экономический характер (А.И. Захаров, 1993).

Социально-культурный характер факторов, оказывающих неблагоприятное влияние на психическое здоровье, обусловлен ускорением темпа современной жизни, дефицитом времени, недостаточными условиями для снятия эмоционального напряжения и для расслабления. Следствием этого являются чрезмерная загруженность родителей, их невротизация, появление множества личностных проблем в сочетании с недостаточной осведомленностью о путях решения внутриличностных конфликтов и о возможностях психологической и психотерапевтической помощи. Подобная личностная дисгармония родителей находит свое отражение в развитии детей и оказывает негативное влияние на их психику. На эмоциональную атмосферу в семье и на психическое состояние ее членов влияют также социально-экономические факторы, среди которых А.И. Захаров выделяет такие, как неудовлетворительные жилищно-бытовые условия, занятость родителей, ранний выход матери на работу и помещение ребенка в ясли. Помещение детей в раннем возрасте (до 3-х лет) в детские дошкольные учреждения или привлечение няни для их воспитания является сильным психотравмирующим событием, поскольку такие дети еще не готовы к разлуке с матерью. В ситуации нормального эмоционального общения ребенка с матерью к трем годам у детей формируется чувство “Я”, т.е. восприятие себя как отдельного индивида, постепенно уменьшается чувство зависимости от родителей. при частых и длительных разлуках с матерью у детей раннего возраста нарастает потребность в привязанности, что может привести к появлению невротических реакций. В среднем лишь к трем годам у ребенка появляется желание “расстаться” с матерью и стать более независимым. Кроме того, в этом возрасте уже возникает стойкая потребность в общении со сверстниками, в совместных играх с другими детьми. Поэтому ребенка в возрасте трех лет можно помещать в детский сад, не рискуя его психическим здоровьем.

Педагогический университет

кафедра психологии

Руководитель

Конев Юрий Александрович

Тема: “ АКЦЕНТУАЦИИ ХАРАКТЕРА

В ПОДРОСТКОВОМ ВОЗРАСТЕ”

Работа выполнена студентом

III курса , факультета физической

культуры,гр.1031

Тимофеевым А.В.

г. Хабаровск

1997

Определение понятия “Акцентуация характера”

В периоде становления характера его типологические особенности, не будучи еще сглажены и затушеваны жизненным опытом, выявляются настолько ярко, что иногда напоминают психопатии, т. е. патологические аномалии характера. С повзрослeнием черты акцентуаций обычно сглаживаются. Это позволило нам говорить о «преходящих подростковых акцентуациях характера» [Личко А. Е., 1977].

Типы акцентуаций характера весьма сходны и частично совпадают с типами психопатий.

Наибольшую известность iieo?ee термин К. Leongard (1968)—“акцентуированная, ли?iinou” . Однако, правильнее говорить об “aeoaiooaцeyo oa?aeoa?a” [Личко А. Е., 1977]. Личность-понятие гораздо aiлea сложное, чем характер. Она включает интеллект, cпособности, наклонности, миpoвoззрение и т.д. В описаниях К. Leonhard речь идет именно о типах характера. К тому же в странах с немецким языком термин “акцентуированная личность” стали использовать как клинический диагноз вместо термина “психопатия”, что правомерно, если рассматривать акцентуации как крайние варианты нормы.

Отличия между акцентуациями характера и психопатиями основываются на диагностических критериях П. Б. Ганнушкина (1933)— О. В. Кербикова (1962). При акцентуациях характера может не быть ни одного из этих признаков: ни относительной стабильности характера на протяжении жизни, ни тотальности его проявлений во всех ситуациях, ни социальной дезадаптации с следствия тяжести аномалии характера. Во всяком случае никогда не бывает соответствия всем этим трем признакам психопатии сразу. Как указывалось, обычно акцентуации развиваются в перeод становления характера и сглаживаются с повзрослением. Особенности характера при акцентуациях могут проявляться не постоянно, а лишь в некоторых ситуациях, в определенной обстановке, и почти не обнаруживаться в обычных условиях. Социальная дезадаптация при акцентуациях либо вовсе отсутствует, либо бывает непродолжительной.

В добавление к критериям П. Б. Ганнушкина, О. В. Кербикова можно отметить еще один важный признак, отличающий акцентуации и психопатии [Личкo А. Е., 1977]. При психопатиях декомпенсации, острые аффективные и психопатические реакции, социальная дacaaaioaoey возникают от любых психических травм, и самых разнообразных трудных ситуациях, от всевозможных поводов и даже без видимой причины. При акцентуациях нарушения возникают только при определенного рода психических травмах, в некоторых трудных ситуациях, а именно: лишь тогда, когда они адресуются к “месту наименьшего сопротивления”, к “слабому звену” данного типа характера. Иные трудности и потрясения, не задевающие этой ахиллесовой пяты, не приводят к нарушениям и переносятся стойко. При

каждом типе акцентуации имеются свойственные ему отличные от других типов, “слабые места”.

На основании сказанного можно дать следующее определение акцентуации характера.

Акцентуации характера — это крайние варианты нормы, при которых отдельные черты характера чрезмерно усилeны, вследствие чего обнаруживается избирательная уязвимость в отношении определенного рода психогенных воздействий при хорошей и даже повышенной устойчивости к другим.

Акцентуации характера как этиопатогенетический фактор

Будучи крайними вариантами нормы, акцентуации характера сами по себе не могут быть клиническим диагнозом. Они являются лишь почвой, преморбидным фоном, предрасполагающим фактором для развития психогенных расстройств (острых аффективных реакций, неврозов, ситуативно обусловленных патологических нарушений поведения, психопатических развитий, реактивных и эндореактивных психозов). В этих случаях от типа акцентуации зависит как избирательная чувствительность к определенного рода психогенным факторам, так и особенностям клинической картины.

При эндогенных психозах некоторые типы акцентуаций, видимо, также могут играть роль предрасполагающего или повышающего риск заболевания фактора (шизоидная и сенситивная акцептуации в отношении вялотекущей шизофрении, циклоидная—в отношении маниакально-депрессивного и шизоаффективного психозов).

Явная и скрытая акцентуация характера

В зависимости от степени выраженности выделяют двe степени акцентуации характера — явная и скрытая [Личко А. Е., Александров А. А„ 1973].

Явная акцентуация. Эта степень акцентуации относится к крайним вариантам нормы. Она отличается наличием довольно постоянных черт определенного типа характера. Тщательно собранный анамнез, сведения от близких, непродолжительное наблюдение, особенно в среде сверстников, а также результаты экспериаcентально-патохарактерологической оценки с помощью диагностического опросника [Личко. А. Е ., Иванов Н. Я., 1977] позволяют распознать этот тип. Однако выраженность чepт определенного типа не препятствует возможности удовлетворительной социальной адаптации. Занимаемое положение обычно соответствует способностям и возможностям. В подростковом возрасте особенности характера часто заостряются, а при действии психогенных факторов, адресующихся к “месту наименьшего сопротивления”, могут наступать временные нарушения адаптации, отклонения в поведении. При повзрослении. особенности характера остаются достаточно выраженными, но компенсируются и обычно не мешают адаптации.

Скрытая акцентуация. Эта степень видимо должна быть отнесена не к крайним, а к обычным вариантам нормы. В обыденных, привычных условиях, черты определенного типа характера выражены слабо или не проявляются совсем. Даже при продолжительном наблюдении, разносторонних контактах и детальном ознакомлении с биографией трудно бывает составить четкое представлaiea ia ii?aaaeaiiii oeia oa?aeoa?a. Iaiaei че?ou yoiai oeia iiaoo y?ei, ii?i? iai?eaaiii, выявляться под влиянием тех ситуаций и психических травм, которые предъявлляют повышенные требования .к “месту наименьшего сопротивления”. Психогенные факторы иного рода, даже тяжелые, не только не вызывают психических расстройств, но могут даже не выявить па характера. Если же такие черты и выявляются, это, как правило, не приводит к заметной социальной дезадаптации.

Основные типы акцентуаций характера

Существует две классификации типов — первая предложена К.Leonhard(1968), а вторая Личко А. Е., 1977. Сопоставление этих классификаций, сделанное В. В. Юстицкиим (1977), приводится ниже.

Тип акцентуированной

Тип акцентуации характера

по А. Е. Личко

Лабильный циклоид Лабильный

личности

по К- Leonhard

Лабильный

Сверхподвижный

Эмотивный

Демонстративный Истероидный

Сверхточный Психастенический

Ригидно-аффективный ЭпилептоидныйНеуправляемый

ИнтравертныйШизоидныйБоязливый Сенситивный

Неконцентрированный Астено-невротическийили неврастенический Экстравертный КонформныйСлабовольный Неустойчивый— Гипертимный— Циклоидный

Классификация Личко предназначена специально для подросткового возраста и приводится ниже.

Гипертимный тип. Подростки, относящиеся к гипертимному типу, с. детства отличаются большой шумливостью, общительностью, чрезмерной самостоятельностью, даже смелостью, склонностью к озорству. У них нет ни застенчивости, ни робости перед незнакомцами, но зато недостает чувства дистанции в отношении к взрослым. В играх любят командовать сверстниками. Воспитатели жалуются на их неугомонность. В школе, несмотря на хорошие способности, живой ум, умение схватывать все на лету, учатся неровно из-за неусидчивости, отвлекаемости, недисциплинированности. В подростковом возрасте главная черта—почти всегда хорошее, даже несколько приподнятое настроение. Оно сочетается с хорошим же самочувствием, нередко цветущим внешним видом, высоким жизненным тонусом, активностью и брызжущей энергией, всегда прекрасным аппетитом и крепким освежающим сном. Лишь изредка солнечное настроение омрачается вспышками раздражения и гнева, вызванными противодействием окружающих, их стремлением подавить слишком бурную энергию, подчинить своей воле. Реакция эмансипации сильно сказывается на поведении: такие подростки рано проявляют самостоятельность и независимость. На гиперпротекцию со стороны родителей и воспитателей с ее мелочным контролем, повседневной опекой, наставлениями и нравоучениями, “проработкой” за мелкие проступки дома и на собраниях реагируют крайне бурно; плохо переносят жесткую дисциплину и строго регламентированный режим; в необычных ситуациях не теряются, проявляют находчивость, умеют ловчить и изворачиваться. К правилам и законам представители этого типа относятся легкомысленно, могут незаметно для себя проглядеть грань между допускаемым и запрещенным.

Они всегда тянутся в компанию, тяготятся и плохо перекосят одиночество, среди сверстников стремятся к лидерству, при этом не к формальному, а к фактическому—роли вожака и заводилы; при общительности в выборе знакомств неразборчивы и легко могут оказаться в сомнительной компании. Любят риск и авантюры.

Характерно хорошее чувство нового. Новые люди, места, предметы живо привлекают. Легко воодушевляясь, такие подростки часто не доводят начатое до конца, непрестанно меняют “хобби”; плохо справляются с работой, требующей большой усидчивости, тщательности, кропотливого труда; аккуратностью не отличаются ни в выполнении обещаний, ни в денежных делах, легко залезают в долги, любят шиковать, прихвастнуть; склонны видеть свое будущее в радужных красках. Неудачи могут вызвать бурную реакцию, но неспособны надолго выбить из колеи. Отходчивы, быстро мирятся и даже дружат с теми, с кем раньше ссорились.

Половое чувство нередко пробуждается рано и бывает сильным. Поэтому возможна ранняя сексуальная жизнь. Однако подростковая сексуальная девиантность бывает мимолетной, склонности к фиксации здесь не обнаруживается.

Свои способности и возможности обычно переоцениваются. Хотя большинство особенностей своего характера гипертимные подростки хорошо знают и не скрывают, однако обычно стараются выставить себя более конформными, чем есть на самом деле.

Гипертимный тип встречается, как правило, в виде явной акцентуации. На ее фоне могут возникать острые аффективные реакции и ситуативно обусловленные патологические нарушения поведения (ранняя алкоголизация, токсикоманическое поведение, эмансипационные побеги и т.п.). Гипертимная акцентуация может быть также почвой для психопатических развитий по .гипертимно-неустойчивому и гипертимно-истероидному типам. Под влиянием повторных черепно-мозговых травм может сформироваться гипертимно-эксплозивный тип психопатии. Гипертимный тип акцентуации встречается как нередкий преморбидный фон при маниакально-депрессивном и шизоаффективном психозах.

Циклоидный тип. В детстве не отличаются от сверстников или производят впечатление гипертимов. С наступлением пубертатного периода может возникнуть первая субдепрессивная фаза. В дальнейшем эти фазы чередуются с фазами подъема и с периодами ровного настроения. Длительность фаз меняется — сперва дни, 1—2 нед, с возрастом они могут удлиняться или, наоборот, сглаживаться.

В субдепрессивной фазе отмечаются вялость, упадок сил, все валится из рук. Что раньше давалось легко и просто, теперь требует больших усилий. Труднее становится учиться. Общество окружающих людей начинает тяготить, компании избегаются, приключения и риск теряют привлекательность. Подростки в эти дни становятся вялыми домоседами. Мелкие неприятности и неудачи, нередкие в этот период из-за падения работоспособности, переживаются тяжело. Хотя на замечания и укоры часто отвечают раздражением, грубостью, но в глубине души впадают в еще большее уныние. Чувства безысходной тоски или беспричинной тревоги, как при психотической депрессии, не бывает. Больше жалуются на скуку. Не приходится также слышать идей самоуничижения. Однако, если в эти дни выпадают серьезные нарекания или большие неудачи, особенно если они унижают самолюбие, легко могут возникнуть мысли о собственном безволии, неполноценности, никчемности и быть спровоцированы острые аффективные реакции с суицидными попытками.

Аппетит снижается. Даже любимые кушанья не доставляют прежнего удовольствия. Бессонницы у подростков обычно не бывает. Иногда жалуются на то, что стало трудно уснуть и почти всегда на вялость и разбитость по утрам.

В период подъема циклоидные подростки выглядят как гипертимы. Бросаются в глаза не свойственные им обычно рискованные шутки над старшими и желание везде и всюду острить.

Местом наименьшего сопротивления является коренная ломка жизненного стереотипа (например, переход от опекаемой школьной учебы к относительной свободе высшего учебного заведения). Такая ломка может затянуть субдепрессивную фазу. В этой фазе появляется избирательная чувствительность к укорам, упрекам, обвинениям — ко всему, что способствует возникновению идеи самообвинения и самоуничижения.

Эмансипационные устремления и группирование со сверстниками отмечаются во время подъемов, а в субдепрессивной фазе блекнут. Хобби также отличаются неустойчивостью: в субдепрессивной фазе их забрасывают, а в период подъема возвращаются к ним или находят новые. Сексуальная активность возрастает в периоды подъема, но в субдепрессивной фазе. может усиливаться онанизм. Делинквентность, побеги из дома, токсикоманическое поведение несвойственны. Алкоголизируются в компаниях и только в периоды подъема.

Самооценка формируется постепенно, по мере накопления опыта “хороших” и “плохих” периодов. При недостатке такого опыта она может быть очень неточной.

Лабильные циклоиды представляют собой форму акцентуации, промежуточную между типичными циклоидами и лабильными подростками ,[Личко А. Е.„ Озерецковский. С. Д., 1972]. Фазы здесь очень коротки — один — два дня. В “плохие” дни дурное настроение обычно не сочетается с упадком сил или неудовлетворительным самочувствием. В пределах одного периода возможны короткие перемены настроения, вызванные соответствующими событиями или известиями. Но в отличие от описываемого далее лабильного типа акцентуации нет чрезмерной эмоциональной реактивности, постоянной готовности настроения круто меняться от незначительных причин.

Циклоидной психопатии не существует. При резко выраженной циклоидности возникает циклотимия, которую правомерно рассматривать как легкую форму маниакально-депрессивного психоза. Сама циклоидная акцентуация может быть фоном для развития как этого, так и шизоаффективного психозов.

Лабильный тип. В детстве не отличаются от сверстников или обнаруживают склонность к невротическим реакциям. Главная черта в подростковом возрасте — крайняя лабильность настроения, которое меняется слишком часто и чрезмерно резко от ничтожных и даже незаметных для окружающих поводов. Кем-то нелестно сказанное слово, неприветливый взгляд случайного собеседника способны вдруг погрузить в мрачное расположение духа без каких-либо серьезных неприятностей и неудач. И наоборот, интересная беседа, мимолетный комплимент, от кого-то услышанные заманчивые, но малореальные перспективы способны вселить веселость и жизнерадостность и даже отвлечь от действительных неприятностей, пока те чем-либо не напомнят о себе. Во время откровенных и волнующих бесед можно видеть-то готовые навернуться на глаза слезы, то paдостную улыбку.

От настроения в данный момент зависит все: и самочувствие, и сон, и аппетит, и работоспособность, и общительность. Соответственно настроению и будущее то расцвечивается радужными красками, то представляется унылым и безнадежным, и прошлое предстает то как цепь приятных воспоминаний, то сплошь состоящим из неудач и несправедливостей. И повседневное окружение то кажется милым и интересным, то безобразным и скучным.

Маломотивированные смены настроения могут создать впечатление поверхностности и легкомыслия. Однако лабильность подростков отличают глубокие чувства, искренняя привязанность к тем, от кого они видят любовь, заботу и внимание. Привязанности сохраняются, несмотря на легкость и частоту мимолетных ссор. Утраты переносятся тяжело. Не менее свойственна и преданная дружба. Предпочитают дружить с тем, кто в минуты грусти и недовольства способен утешить, отвлечь, при нападках — защитить, а в минуты подъема разделить радость и веселье, удовлетворить потребность в сопереживании. Любят компании, смену обстановки, но в отличие от гипертимных подростков ищут в них не поле деятельности, а только новые впечатления. Чуткость ко всякого рода знакам внимания, благодарности, похвалам и поощрениям, которые доставляют искреннюю радость, не сочетается ни с заносчивостью, ни с самомнением.

Эмансипационные устремления выражены умеренно. Они усиливаются, если их подогревает неблагоприятная семейная обстановка. Тяга к группированию со сверстниками целиком зависит от настроения. В хорошие минуты ищут компании, в плохие избегают общений. В группе сверстников на роль вожака не претендуют, охотно довольствуясь положением опекаемого и защищаемого другими любимца и баловня. Хобби ограничиваются информативно-коммуникативным типом, иногда художественной самодеятельностью, да еще некоторыми домашними животными (особенно привлекательна собственная собака, которая служит громоотводом для эмоций при перепадах настроения). Сексуальная активность обычно ограничивается флиртом и ухаживаниями. Влечение долго остается малодифференцированным и легко возможно отклонение на путь транзиторного подросткового гомосексуализма. Но сексуальные эксцессы всегда избегаются.

Своеобразная избирательная интуиция позволяет таким подросткам сразу чувствовать, как к ним относятся окружающие, при первом контакте определяя, кто к ним расположен, кто безразличен, а в ком таится хоть капля недоброжелательности или неприязни. Ответное отношение возникает незамедлительно и без попыток его утаить.

Самооценка отличается искренностью и умением правильно отметить черты своего характера.

“Слабым звеном” данного типа является отвержение со стороны эмоционально значимых лиц, утрата близких, разлука с ними.

Акцентуация, по лабильному типу часто сочетается с гармоничным психофизическим инфантилизмом, а также с вегетативной лабильностью и склонностью к аллергическим заболеваниям. Этот тип акцентуации служит почвой для острых аффективных реакций, неврозов, особенно неврастении, реактивной депрессии и для психопатических развитий.

Астено-невротический тип. С детства нередко выявляются признаки невропатии: плохой сон и аппетит, капризность, пугливость, плаксивость, иногда ночные страхи, ночной энурез, заикание и т.п. В других случаях детство проходит благополучно, и первые признаки астено-невротической акцентуации возникают только в подростковом возрасте.

Главными чертами являются утомляемость, раздражительность и склонность к ипохондричности. Утомляемость особенно проявляется при умственных занятиях или при физических и эмоциональных напряжениях, например, в обстановке соревнований. Раздражительность ведет к внезапным аффективным вспышкам, возникающим нередко по ничтожному поводу. Раздражение, зачастую изливаемое на случайно попавших под руку, легко сменяется раскаянием и слезами. Склонность к ипохондризации может быть особенно сильной. Такие подростки внимательно прислушиваются к малейшим телесным ощущениям, охотно лечатся, укладываются в постель, подвергаются врачебным обследованиям. Наиболее частым источником ипохондрических переживаний у мальчиков становится сердце.

Подростковые нарушения поведения типа делинквентности, алкоголизации этому типу не свойственны. Реакция эманси

Скончался ал-Фараби в декабре 950 г. в возрасте 80 лет.

Идейные истоки и предпосылки формирования мировоззрения ал-Фараби

Если обрисовать линию культурной традиции, к которой оказался подключенным ал-Фараби, то ее схематичные контуры будут приблизительно таковы. Египет, Вавилон, Индия создают предпосылки развития ремесел, науки, искусства. Древняя Греция подхватывает эстафету и создает блестящую цивилизацию, синтезирующую и продолжающую культуру Востока. Позднее античная культура мигрирует, как бы возвращаясь к своей прародине, это—эпоха раннего средневековья. Знание предельного счастья и совершенства, которого может достичь человек, «говорят, в древности было у халдеев, обитавших в Ираке, затем оно появилось у египтян, затем оно перешло к грекам, от них перешло к сирийцам, а затем —к арабам» . Наследие античности, прокомментированное, усвоенное, преумноженное, обогатившееся новыми потенциями в мире арабо-му-сульманской культуры, развивается Возрождением в Европе. Такова магистраль прогресса мировой культуры.

В творчестве Абу Насра исключительное место занимает Аристотель. Интерес ал-Фараби к великому античному мыслителю симптоматичен и оказался типичным, модельным с точки зрения всего дальнейшего развития средневековой мысли. Наряду с Аристотелем достаточно полно отражен в творчестве ал-Фараби и Платон. Диалоги «Кратил», «Софист», «Парменид», «Тимей», «Федон», «Государство» были широко известны к тому времени на Востоке.

Тяготение к Аристотелю доказывает сосредоточенность интересов ал-Фараби на посюстороннем. Зато в области социально-этической он проявляет обостренный интерес к Платону — при убеждении, что Аристотель в этой области следует за Платоном. Уникальным является факт написания ал-Фараби комментариев к «Законам» Платона, которые до него не привлекали специального внимания. Для раскрытия идейных истоков мировоззрения ал-Фараби мы сначала остановимся на краткой характеристике учений Платона и Аристотеля, затем покажем, как ал-Фараби понимал связь между тем и другим мыслителями. Опосредствования рецепции античной философии Абу Насром ал-Фараби и ближайшие культурно-исторические предпосылки его творчества позволят определенным образом представить его творчество на фоне предшествующей культуры.

Отношение ал-Фараби к Платону и Аристотелю представляет собой сложную проблему. Безусловным является его преклонение перед Аристотелем и Платоном, особенно первым. Оно доходит до того, что свои собственные рассуждения Абу Насром ал-Фараби иногда унижаются, считаются чем-то второстепенным, незначительным.

Необходимость опереться на авторитет, взятая в качестве сознательной установки, не могла не сказываться негативно на творчестве. Но там, где ал-Фараби не находит «зацепок» у древних, там, где отсутствует соответствующий идейный материал, он разворачивается в полную меру и строит свои исследования широко, смело и свободно.

«Подражание Аристотелю должно быть таким, чтобы любовь к нему никогда не доходила до той степени, когда его предпочитают истине, не таким, когда он становится предметом ненависти, способным вызвать желание его опровергнуть» . Принципиально важно не то, что ал-Фараби преклоняется перед Платоном и Аристотелем, а то, что именно ему «по душе» в их воззрениях, которые надо рассматривать как теоретический источник его собственных воззрений.

С этой точки зрения выступает как несостоятельная трактовка учения ал-Фараби как механического синтеза платонизма и аристотелизма (или неоплатонизма и перипатетизма, на чем мы остановимся ниже), ибо есть глубокий смысл в арабской пословице, согласно которой люди гораздо больше походят на свое время, чем на своих родителей.

У ал-Фараби есть специальный трактат, где он задается целью выяснить отношение Аристотеля к Платону. Объясняя причины и цель его написания, он говорит следующее: «Поскольку я наблюдал, как многие из наших современников спорили друг с другом о возникновении мира или его предвечности и утверждали, что между обоими выдающимися мудрецами,. возглавившими философские учения, есть некое разногласие касательно Первого Создателя и доказательства его существования, а также относительно первопричин, возникающих от Первого Создателя в делах души и интеллекта, воздаяния за деяния — будь то добрые или злые — и по многим вопросам политики, этики и логики, то я решил в этом сочинении показать общность взглядов этих философов и объяснить смысл их высказываний, чтобы выявить единство их убеждений и устранить сомнение и неверие из сердец тех, кто изучает их книги» .

Содержащееся в названии этого трактата слово «ал-итти-фак» (согласие, единодушие, гармония) Ф. Дитерици, -по нашему мнению, правильно относит за счет возможной неосведомленности переписчика, считая, что им искажается замысел автора. В рукописи, которой руководствовался Ф. Дитерици,. вместо этого слова используется выражение «ал-джам байна», которое более точно указывает на общность взглядов Платона и Аристотеля, так как ал-Фараби видимое противоречие между их взглядами объясняет тем, что они касались либо разных сторон одного и того же вопроса, либо подходили к нему на различных уровнях и преследовали отличные цели. Истина — одна, способы приближения к ней многообразны, что подчас воспринимается остро, как отсутствие всякой связи, абсолютной противоположности тех или иных мнений, которые подвергаются сравнению.

Общность взглядов Платона и Аристотеля он прослеживает по целому циклу вопросов, считая, что известные основания или повод для предположения о существовании между ними разногласий имеются. Он касается различий в образе их жизни, в методе Исследования и изложения, в понимании истоков нравственности, ее формирования и возможности изменения нрава, в трактовке проблем теории познания (диалектики известного и неизвестного). Он считает неправильным противопоставлять Платона и Аристотеля по вопросу о том, создан ли мир богом или существует от века, по вопросу о целях и формах, душе и интеллекте. У них общий идеал — созерцательная жизнь мудреца. Философ должен править государством. Платон к этому добавляет: участие в управлении нужно постольку, поскольку в этом есть необходимость. Без таковой философ должен быть занят своим благородным делом — размышлением. Аристотель чисто теоретически иногда подчеркивает преимущество деятельности по сравнению с созерцанием, но не выдерживает последовательно своей позиции.

При ал-Мансуре, Харун ар-Рашиде и особенно при ал-Ма-муне приняло большой размах движение по освоению наследия индийцев, иранцев и древних греков. Харун ар-Рашид основал в Багдаде научное учреждение под названием «Дом мудрости» для разработки проблем философии и естествознания. Ал-Мамун расширил это учреждение, обеспечив его богатой библиотекой, в которой опытные переписчики занимались расширением литературных фондов этой академии. Показательным для отношения ал-Мамуна к научным изысканиям является факт включения в договор о мире с византийским императором Михаилом III условия о снабжении библиотеки в Багдаде копиями имевшихся в империи научных сочинений. В переводе античных трудов большую роль играли сирийские ученые. Так, Хунайн ибн Исхак перевел сочинения Платона, Порфирия, греческих комментаторов Аристотеля и многие произведения Галена. Дело перевода превратилось в семейную традицию выдающихся умов этого времени, каждый из которых проводил самостоятельные исследования. Тот же Хунайн ибн Исхак был выдающимся врачом и написал многочисленные трактаты по медицине (факт первоначального перевода именно медицинских трактатов интересно сопоставить с тем обстоятельством, что выдающиеся мыслители и ученые этого времени, как правило, были одновременно и врачами). Переводчик Сабит ибн Курра написал много работ по различным разделам математики, осно-ьываясь .на трудах Эвклида и Архимеда.

Столкновение с другими культурами и верованиями способствовало формированию философии как деятельности, стимулирующей функционирование культурных ценностей, поскольку, по выражению А. Швейцера, «для общества, как и для индивида, жизнь .без мировоззрения представляет собой патологическое нарушение внешнего чувства ориентирования». Необходимость обоснования догм Корана расколола богословов (мутакаллимов) на ортодоксов-ашаритов и на мутазилитов, стоявших за свободное толкование религиозных догм. Ко второму направлению примыкали философы.

С точки зрения ортодоксов, термины «философ», «последователь Аристотеля» и «еретик», «безбожник» были абсолютно тождественны. До возникновения антагонизма между ашаритами и собственно «философами» внутри самого ислама возникали серьезные расхождения по принципиальным вопросам, в том числе по вопросу о предопределении. Джабриты занимали крайне фаталистические позиции. Напротив, кадариты наделяли человека свободой воли и ответственностью за свои поступки. Высвобождение философии из-под эгиды теологии, начатое ал-Кинди, было продолжено ал-Фараби, который считал, что в «священных текстах» есть эзотерический смысл, который требует расшифровки и аллегорического толкования.

Математические и астрономические знания народы мусульманского Востока в той или иной мере заимствовали у индийцев. Самым ранним трактатом, переведенным с индийского ка арабский, был астрономический труд «Сиддханта» Брах-магупты. Во времена правления ал-Мансура в Багдад были завезены два важных научных трактата, один по астрономии, другой .по математике. Последний был использован ал-Хориз-ки в первом в своем роде тексте по алгебре, в котором фигурируют цифры, получившие впоследствии названия арабских. В алгебраическом трактате ал-Хоризми прослеживается вавилонское и сирийское влияние. Астрономические таблицы индийцев также послужили материалом для упоминавшихся уже разработок ал-Хоризми.

Значительно меньшим было влияние индийской философии, хотя, например, в учении ар-Рази концепция пяти принципов и атомизм роднят его с учением ньяя-вайшешики. Атомизм стал в целом знаменем мусульманских теологов в борьбе против аристотелизма. Отличие этой формы атомизма от древнегреческой косвенно свидетельствует в пользу ее восприятия именно из индийских источников. Смысл этой концепции сводится к тому, что атомистическое строение времени, пространства и материи является основанием преходящей природы вещей и возможности уничтожения мира. Ал-Ашари (873—935) построил свое учение именно на таких предпосылках. Авторы ортодоксально-теологических трактатов, упоминая «барахима» (т. е. брахманов) и название еще одной малоизвестной секты, четко противопоставляют свою позицию скептицизму и рационализму, защищая права откровения и сверхчувственного знания.

Что касается вклада сирийцев, то, как уже говорилось, арабский мир был обязан им многим по части ознакомления с произведениями античности. Но есть и другая сторона, которую нельзя сбросить со счета. Сирийцы были носителями древних традиций семитских народов и в значительных масштабах способствовали переносу на Арабский Восток христианства.

Такова была общая духовная атмосфера, в которой формировалось мировоззрение ал-Фараби.

Предшественниками ал-Фараби в области математики и астрономии были ал-Хоризми, и ал-Фаргани (изучением трудов последнего занимался отец Маймонида, на него прямо ссылается Коперник). В руководимой ал-Хоризми обсерватории рассматривались те же проблемы, которые поставил в свое время Клавдий Птолемей:

продолжительность солнечного года, равноденствие, наклонение эклиптики. Он исследовал целые разделы из работ Ге-рона Александрийского. Изумительно точно была измерена им длина земного градуса.

Непосредственным предшественником ал-Фараби! в философии был ал-Кинди. В своих многочисленных работах он охватил исследованиями медицину, философию, математику, в особенности оптику и теорию музыки (которую он включал в состав математики), астрономию, дал в трактате «О количестве книг Аристотеля и о том, что необходимо для усвоения философии» классификацию наук, предвосхищающую концепцию ал-Фараби. Ал-Кинди стремился опираться на причинностное объяснение мира, рассматривая бога как «отдаленную причину». Придавая высокое значение страсти к познанию, он выступал против теологов со свойственной им «грязной завистью»: «…Воистину нет веры у того, кто противится приобретению знания об истинной природе вещей и кто называет приобретение такого знания неверием».

Когда мы говорим о расцвете .культуры народов Ближнего Востока, Средней Азии и Казахстана, начавшемся с эпохи ал-Фараби, нельзя не упомянуть и мощного литературного движения, которое питалось корнями народного искусства. Нельзя не признать справедливости мысли Ф. А. Ланге, признающего, что материалистическому пониманию природы могло способствовать эстетическое воззрение на природу.

ОСНОВНЫЕ ИСХОДНЫЕ ПРИНЦИПЫ

Ал-Фараби стремился создать синтетическую картину мира, охватывающую космос, человека, его разум и находящую выход к существенным для человеческого бытия реалиям. Имея в виду это обстоятельство, и мы начнем анализ его мировоззрения с изложения основных исходных принципов, которые связаны у него с общей концепцией строения Вселенной.

Первая бросающаяся в глаза черта этой концепции—описание бытия в иерархическом порядке. Конечно, при определенном желании и особенно при натяжках можно увидеть в 2том намек на, эволюционное развитие и концепцию структурных уровней материи. Но тогда следовало бы подробнее и обстоятельнее это доказать. Пока же мы хотели бы подчеркнуть специфичность этой иерархии, заключающей в себе нечто большее, чем качественная, а тем более количественная несводимость высокоорганизованных структур к более низкоорганизованным. Между ступенями иерархии есть связь, но гораздо важнее принципиальное различие между ними. Между прочим, последовательно согласовать эти два момента с точки зрения эманационной теории (и в том ее варианте, который развивается ал-Фарвби) не удается.

Бытие первого порядка с точки зрения религии ислама — господь бог, Аллах. Ал-Фараби стоит на плечах предшествующих опровержений антропоморфного изображения бога, он лишает его всяких личностных моментов. У него бог—перво-двигатель, первопричина, первичное бытие. Для всей иерархии ал-Фараби характерен дух ценностного подхода. Самые высшие, превосходные степени совершенства могут быть отнесены только к первичному бытию — или, как образно говорит И. Мадкур, он вне конкурса.

Оценочные квалификации («что лучше по природе») и иерархичность восходят к «Тимею» Платона и аристотелевским взглядам на строение мира. На их основе складывается и упрочивается геоцентрическая картина мира: в центре—неподвижная земля, вокруг нее вращается восемь сфер. Опираясь на Птолемея, ал-Фараби добавляет девятую, беззвездную сферу, которую он помещает выше сферы неподвижных звезд. У Аристотеля нет полной ясности в вопросе о том, как относится перводвигатель к вечно движущимся сферам. Иногда он допускает наличие неподвижных двигателей у самих сфер. Это согласуется с представлением о наличии у небесных тел своей души. Но картина движения небесных тел теряет при этом единство, поскольку число разумов и душ сфер помимо первого двигателя достигает 55.

Сложную и запутанную аристотелевскую картину движения сфер ал-Фараби значительно упрощает, сокращая количество разумов и четко определяя субординацию разума и души каждого уровня. Души осуществляют непосредственное воздействие, так сказать, представляя рабочий механизм приведения соответствующей сферы в движение, а разумы—энергетические источники, откуда души черпают свою силу. В отличие от Аристотеля, мы видим здесь автономию каждого разума относительно своей сферы. Побудителем движения является стремление, любовь души к разуму, причем низшее влечется к высшему, но ни в коем случае не наоборот. Бог — выше своих творений и потому не может испытывать к ним любовь.

«Первый Сущий есть первопричина существования всех существ в целом. Он один свободен от недостатков; все же прочие существа — кроме Него, — обладают хотя бы одним недостатком или несколькими недостатками. Что касается Первого Сущего, то он свободен от всех этих недостатков, ибо Его существование совершенно и предшествует в бытии всему прочему, нет ничего совершеннее Его, и ничто не может предшествовать Ему. При этом Его существование добродетельно и совершенно в самых высших ступенях» . Он само-довлеющ и ни в чем не нуждается, мудр знанием своей сущности, есть Истина, Живое и Жизнь. Из Него происходит все остальное. «Первый Сущий и, это то, из чего возникает бытие… Бытие же Первого Сущего есть как бы истечение бытия в бытие других вещей, а бытие всего прочего истекает из бытия его самого». «… Он не существует ради чего другого и другое не существует помимо Него, чтобы явиться целью Его бытия, ибо в таком случае Его существование будет иметь внешнюю причину, и Он более не будет Первопричиной… Напротив, Первый Сущий существует ради самого себя, а другие бытия существуют в Нем, следовательно, относятся к Его субстанции к к Его бытию».

В соответствии со своей собственной сущностью Он существует сам через себя, не нуждаясь ни в чьем посредстве. Это первичность его бытия. Рассматривая первое бытие с точки зрения причин, мы схватываем необходимую его сущность.

Познавая самого себя, этот разум признает, что он—сущность, существование которой нераздельно с сущностью.

Акт самопознания приводит к появлению множественности. Бытие второго порядка производится следующим образом:

первопричина, познавая свое первичное бытие, порождает первый разум; познавая свою необходимую сущность, порождает душу; познавая свою возможность, производит первичную сферу. Таким образом, второй «круг» в иерархии бытия триадичен. Это относится ко всем последующим ступеням. Из этого логически следует, что первый разум, познавая самого себя, производит второй разум, познавая душу и первичную сферу— сферу неподвижных звезд и душу этой сферы и т. д. «От Первопричины исходит бытие Второго, которое также является субстанцией абсолютно нетелесной и которое не находится в материи. Оно умопостигает свою сущность и умопостигает Первопричину, и то, что оно умопостигает из своей сущности, является только его сущностью и ничем иным. Поскольку оно умопостигает нечто из Первопричины, из него с необходимостью вытекает бытие Третьего. Поскольку оно субстанционально заключено в свою сущность, из него с необходимостью вытекает бытие Первого Неба. Третье также не находится в материи; оно является интеллектом благодаря своей субстанции; оно умапостигает свою сущность и умопостигает Первопричину. Поскольку оно субстанционально заключено в собственной сущности, из него с необходимостью вытекает бытие сферы неподвижных звезд. Так как оно кое-что умопостигает из Первопричины, из него с необходимостью вытекает бытие Четвертого.

Последнее также не заключено в материи. Оно умопостигает свою сущность и умопостигает Первопричину. Поскольку

•оно субстанционально заключено в свою собственную сущность, из него с необходимостью вытекает бытие сферы Сатурна. А так как оно умопостигает нечто из Первого, из него с необходимостью вытекает бытие Пятого. Это Пятое также не заключено в материи. Оно умопостигает свою сущность и умопостигает Первопричину». К пятой ступени относится сфера Юпитера, к шестой — Марса, к седьмой — Солнца, к восьмой — Венеры, к девятой—Меркурия, к десятой—Луны. О каждом из небесных тел он говорит следующее: «Оно имеет лучшее •очертание — сферическое. Оно обладает лучшими видимыми дачествами, а это—свет: потому, что некоторые из его частей производят свет, — как, например, обстоит дело со звездами, s. другие являются актуально прозрачными, освещаясь полностью сами собой и светом, заимствованным у звезд. Наконец, оно имеет самое лучшее движение, которое есть, —движение круговое» .

Бытия небесных тел заканчиваются на сфере Луны. Десятый разум относится к подлунному миру и имеет другое название: «деятельный разум». Получается одиннадцать ступеней бытия, десять разумов (ал-Фариби говорит иногда об одиннадцатом разуме, подразумевая под первым разумом разум, присущий .первопричине).

Он является последним разумом, замыкающим в самом низу иерархию небесного, непреходящего мира; ему соответствует подлинный мир с его материальным субстратом, формами и четырьмя элементами. Это мир изменения, возникновения к уничтожения, которому предшествует непорочный божественный мир.

Каждый из разумов умопостигаем в действительности. Причем «нижним чинам» иерархии приходится познавать не только свой принцип, но и сущность вышестоящих разумов. Ал-Газали считал слабым пунктом теории эманации признание того, что образы бога, его воплощения могут иметь более обширные познания, чем он сам. Сравнивая познания небесных душ, более близких по иерархии к богу, с человеческим, ал-Фараби замечает: «Что касается большинства умопостигаемых человеком сущностей в материальных предметах, то небесные души их не умопостигают: они слишком возвышены, чтобы постигать расположенное ниже их».

Метафизически-теологическая концепция мира благодаря интерпретации разумов как двигателей сфер превращается в. космологию и астрономию. Космология—наиболее слабая сторона философии ал-Фараби, а вместе с тем и наиболее пропитанная мистикой. Но лишь в рамках этой космологии, представляющей преобразованное учение Плотина об эманации, и развивается учение о «подлунном мире», где элементы материализма выступают весьма явственно. Силы, разделяющие с единым богом господство над миром, напоминают чем-то богов древнегреческой мифологии, от которых вполне не отказались ни Платон, ни Аристотель, ни неоплатоники. Тем самым вкладывается элемент политеизма, несовместимый с догматикой ислама.

Но в целом И. Мадкур рассматривает позицию ал-Фараби как монистическую, близкую к пантеизму Спинозы, хотя и стремится тщательно отделить материалистический пантеизм, который он приписывает стоикам, от мистического пантеизма, который он приписывает Плотину и Спинозе. Он отделяет бытие бога как первичной субстанции от субстанции Аристотеля и прямо ссылается на «Этику» Спинозы, согласно которому субстанция есть то, что есть в себе и постигается собой. Все другие бытия имеют источником единое подлинное существование и являются умопостигающими началами как проявления его знания и мышления.

Разумы, т. е. идеальные принципы, порождают Вселенную и образуют ее идеальный характер. Но в отличие—можно даже сказать: в противовес — от Плотина ал-Фараби отводит в своей картине строения мира значительное место материи. Он также признает реальное бытие подлунного мира и его единство (в процессе эманации) с небесным миром. Деятельный разум, обозначающий границу между неизменным и изменяющимся миром, занимает вовсе не десятистепенное место в системе ал-Фараби с точки зрения его идейного удельного веса. Выход ко всем проблемам, кроме астрономии, связан именно с подлунным миром; здесь научная мысль обретает определенные предметные области своего изучения. Собственно, здесь заново решаются проблемы структуры реальности, к которым реалии сверхчувственного мира имеют касательство, но не прямое. В этом, уже нашем мире есть реальные .вещи, состоящие из двух компонентов: материи и формы. Первичная материя является основой четырех элементов, разнообразные сочетания которых и образуют подлунный мир. Материя как пассивный субстрат должна приобретать формы, исходящие из деятельного разума. Другие разумы определенным образом участвуют в сочетании элементов и соединении материи с формой. Понятие «формы» очень сложное, оно ведет свое п

— помочь людям расширить их компетенцию и способность решать собственные проблемы;

— помочь людям реализовать свои возможности;

— стимулировать отзывчивость людей;

— содействовать взаимодействию между отдельными людьми и их окружением;

— влиять на взаимодействие между организациями и институтами;

— влиять на социальную политику и политику охраны окружающей среды.

Для реализации этих функций социальный работник взаимодействует с множеством людей. Важно признать, что проблемы взаимодействия между человеком и его окружением вызываются не только недостатками окружающей обстановки. Существует много клиентов, у которых социальные работники определяли личностные дисфункции — такие, как ослабление их способности использовать свои возможности, расстройства их экосистем и т. п.

Возьмем, к примеру, человека, у которого наблюдается дисфункция в межличностном взаимодействии, выраженная в затрудненном общении с людьми. В этом случае направление работы может быть сфокусировано на попытке преодолеть боязнь и барьеры клиента, помочь ему приобрести коммуникативные умения путем снижения неравенства во взаимодействии с окружающей средой.

Неотъемлемой чертой социальной работы является также обеспечение социальной справедливости, выражающейся в возможности каждого реализовать свои ресурсы. Законы, правительственная политика и социальные программы должны давать равные возможности гражданам для их самореализации. Социальный работник же, в своей практической работе, должен уделять большую часть времени обеспечению обслуживания и достижению реализации ресурсов в интересах клиентов. Его действия по обеспечению социальной справедливости направлены, следовательно, главным образом, на защиту своих клиентов и социальные акции, приводящие к соглашениям через соответствующие профессиональные организации.

Один из важных элементов социальной работы — это ее подкрепленность теоретической базой. Хотя значительная часть теоретических обоснований заимствуется из других научных дисциплин, эта база уникальна по своему значению. Более того, основы многих профессиональных теоретических положений едины и для социальной работы. Универсальность профессиональных знаний может быть суммирована в ряде категорий, которые представлены в виде основного содержания учебного плана Советом Образования Социальной Работы США (СОСР), т. е. группой, которая лидирует в сфере подготовки социальных работников в США и оказывает влияние на школы социальной работы.

Например, для практика очень ценным является знание о развитии человечества, поведении человека в социальном окружении, всевозможных коллизиях на различных стадиях развития личности. Для того, чтобы понять человеческие проблемы и работать с ними, практик должен быть осведомлен о потребностях и ресурсах, связанных с каждой фазой развития человека. Знания о взаимодействии между отдельными людьми и окружающим миром важны так же, как знания о мотивах поведения в социальном функционировании человека. Социальная работа особенно связана со знанием факторов, вызывающих трудности развития. Знание этих причин, которые обычно вызывают неадекватные физические и эмоциональные реакции, необходимо для планирования и проведения эффективной профилактической и лечебной программы.

Важность, которая придается в социальной работе определенным знаниям, должна четко отличать учебную программу социальной работы от других дисциплин, имеющих к ней отношение. Широкий охват разнообразных знаний имеет целью помочь практику в понимании комплексных факторов, входящих в формулирование социальной политики, которые определяются системой государственной службы помощи человеку на всех уровнях, включая и частный сектор. Для работы в полном соответствии с назначением и этикой профессии, социальный работник имеет возможность принимать участие в развитии и использовании социальной политики, которая направлена на улучшение социального функционирования индивидуума, группы, общества. Так как социальная работа стремится к достижению социальной справедливости, то для практика социальной работы важна информация о несправедливости в распределении возможностей ресурсов и благ, имеющих место в обществе и информация о столкновении на этой почве национальных меньшинств и необеспеченных групп.

Для достижения целей и реализации функций социальной работы практику нужны знания и практические усилия, которые помогут ему обеспечить социальное функционирование клиентов. Поэтому основательные знания и умения в отношении механизма разрешения проблем являются базой для эффективной практики социальной работы. Определяющими в этом процессе являются знания и умения оценить проблемы человека, локализовать их, развить и использовать соответствующие системы ресурсов. Умения заниматься клиентом, сообща распланировать задачи и определить роли участников являются также неотъемлемой частью процесса и механизма разрешения проблемы. Практик должен владеть также знаниями о взаимодействии и умениями в его обеспечении.

Направление практики социальной работы должно быть теоретически обоснованным и высоко профессиональным как в оценке, так и в проникновении в дисфункциональные взаимодействия, которым подвергается отдельный человек, пара, семья или группа.

Знания, относящиеся к групповым процессам и умение лидировать в группе, так же очень важны, как и умение осуществлять естественную помощь в работе, функционировании в качестве участника междисциплинарной игры и определять условия взаимодействия внутри системы и между системами.

Реализация функции социальной работы влечет за собой умения разрешать непосредственные конфликты, собирать и приводить в действие ресурсы, которые обеспечивают высокий уровень межличностных взаимодействий.

Все большее развитие получают исследования как жизненно необходимая база знаний, необходимых для практики социальной работы. Практик должен приобретать знания по экстремальным решениям первостепенной важности, чтобы быть в состоянии оценить эффективность своей собственной практики.

Важно, чтобы знания и умения получили дальнейшее развитие и проверку на практике. Для этого каждый студент должен получить возможность быть под наблюдением и контролем в процессе текущей практики социальной работы до того, как будет обсуждаться его диплом. Наблюдение за практикой позволяет студенту сочетать знания с методами и оттачивать и то, и другое в едином процессе.

Очень важным атрибутом узаконенной профессии социального работника является этический кодекс, состоящий из действующих принципов, которые определяют ожидания членов общества. Специфическое значение этического кодекса состоит в том, что он играет руководящую роль в коллективе, члены которого должны придерживаться его принципов для достижения хорошего положения в профессиональной организации. Так как социальная практика должна сочетаться с этим кодексом, он составляет неотъемлемую часть процесса обучения, внося этику в профессию.

Обучению профессиональной социальной работе происходит в США на студенческом или аспирантском уровнях высшего образования. Цель учебного плана на студенческом уровне — подготовить студента для перехода на следующий уровень в получении профессии. Эти студенты имеют возможность практиковаться в агентствах и организациях и находиться под наблюдением опытных практиков. После окончания основной студенческой подготовки по той или иной дисциплине студенты могут приобрести аспирантское образование по профессии. Цель аспирантского образования — подготовить человека к тому, чтобы он стал независимым практиком, опытным специалистом. Аспирантское образование обычно продолжается 2 года. Первый год посвящается углубленному обучению теории и практике профессий. Второй год используется для специализации в методах и их апробации на практике.

Некоторые профессионалы выбирают дальнейшую специализацию. Имеется возможность подготовить докторский диплом по социальной работе. Для докторской программы нет официальных стандартов. Докторское обучение готовит человека с профессиональным опытом к дальнейшей специализации, предоставляя более широкие возможности для исследовательской деятельности и для обучения других в колледжах и университетах.

Как уже упоминалось, в США существует множество теорий практических методов в профессии социального работника. Относительные заслуги, достоинства различных теорий и методов продолжительное время дебатировались на академических форумах. Хотя школы социальных работников могут менять свою направленность или специализацию, все они должны соблюдать основные элементы в шести областях учебного плана, о чем шла речь выше. За улучшение качества образования школ социальной работы следит Совет Обучения Социальной Работе (СОСР). Эта организация не навязывает специфические теории или методы. Однако СОСР периодически рассматривает учебные планы и курсы, предлагаемые каждой школой социальной работы, чтобы удостовериться, что все необходимые элементы в них присутствуют, и обучение в школе соответствует стандартам, принятым СОСР, а также требованиям высокого профессионализма.

Основу учебного плана должны составлять знания и тренинг в шести областях — поведение человека в социальном окружении, социальная политика, теория и практика профессии, исследование, ценности и этика, а также поле практики.

После многих лет борьбы, профессионалы в Соединенных Штатах Америки пришли к выводу, что социальная работа — не просто модификация существующих профессий. Это тоже профессия среди них. Верится, что только эта профессия обеспечит равно хорошее существование личности и ее социальному окружению. Не имеет значения, является ли эта модель обучения доступной или нет. Важно, что это стабильная, но гибкая система, понимающая природу практики, и что система обучения непрерывно развивается, чтобы служить опорой практической деятельности.

В настоящее время Ричард Рорти является профессором гуманитаристики в Вирджинском университете (США). Многие рассматривают его как своего рода возмутителя спокойствия в академической философии США. Он одновременно является, как одним из наиболее читаемых, так и наиболее критикуемых авторов. Дэвид Холл, написавший книгу “Ричард Рорти: пророк и поэт нового прагматизма” и хорошо знающий ситуацию в американской философии, по этому поводу пишет: “Мало кому из современных мыслителей свойственна такая парадоксальность, как Рорти. Несмотря на разносные рецензии в институциональных журналах Нью-Йорка и Лондона, его отмеченные эрудицией и ставящие неудобные вопросы работы продаются в таких количествах, что закрадывается подозрение, что многие коллеги-философы, поносящие его публично, наедине с собой, так сказать, под одеялом и при свете фонарика, жадно читают его книги”.

Своей деятельностью Рорти стремится способствовать радикальному пересмотру взглядов на саму философию. Философия Рорти это не поиск истины, а разговор и коммуникация. В книге “Философия и зеркало природы” он писал: “Видеть в поддержании разговора самодостаточную цель философии и усматривать смысл мудрости в способности его поддержания — значит видеть в человеческих существах генераторов новых описаний, нежели людей, от которых следует ждать точные описания”. Переориентация с познания истины на разговор и коммуникацию могли бы создать основу для изменения образа философии и утверждения в жизни новой философской идеологии, построенной не на “объективности”, а на “иронии” и “солидарности”. Цель деконструктивистского проекта сформулирована Рорти следующим образом: “…Подорвать доверие читателя к сознанию” как к чему-то, о чем следует иметь “философское” мнение, к “знанию”, о чем надлежит иметь опирающуюся на “фундаменты” “теорию”, и к философии, какой она представляется после Канта”.

В 1981 году в статье “Философия в Америке сегодня” Рорти набросал общий портрет состояния философии в США, согласно которому американская философия должна двигаться от аналитической к постаналитической традиции. Он напомнил, что Г.Рейхенбах, один из эмигрантов, ответственных за импорт неопозитивизма в США, в 1951 году в работе “Подъем аналитической философии” высказал убеждение, что с созданием современных логических средств философия твердо взяла курс от спекуляций к науке. В то время так думали многие. Представление о “логике” как о существе философского “знания”, о необходимости ориентации на науку, о том, что наступает “век Анализа”, превратилось со временем в своего рода идеологическую доминанту на всех кафедрах престижных университетов США.

Однако мечта аналитических философов о научности, считает Рорти, построена на вере в возможность обоснования знания. Можно сказать, что она составляет стержень, сердцевину идеологии фундаментализма, по другому идеологии верификационизма или оправдательности. Главное, что, по мнению Рорти, характеризует современную эпоху, — это крах фундаментализма. Провал верификационистской стратегии неопозитивистов не был частной неудачей одной из частных теорий. Он свидетельствовал о невозможности обоснования знания вообще, о том, что платоновско-декартовско-кантовская традиция руководствовалась мифом — верила в Истину.

Диагноз Рорти четок: аналитическая философия нуждается в “терапии”. Лечить нужно, прежде всего, от гносеологизма — наследственной болезни европейской философии. При этом Рорти замечает: “…Я не имею ввиду, что аналитическая философия — плохая вещь или находится в плохом состоянии. Аналитический стиль я считаю хорошим стилем … Я хочу сказать только следующее: аналитическая философия становится — нравится это ей или нет — неким видом дисциплины, которую можно найти в других областях гуманитаристики — в департаментах, где претензии на “строгость” и научный статус менее очевидны. Между тем нормальная жизнь в этих дисциплинах такая же, как в искусстве или художественной литературе”. Таким образом, Рорти предлагает произвести переоценку статусов: перестать считать претендующую на научность философию приоритетной по сравнению с той, которая на это не претендует. В более сильном смысле “терапия” означает не просто уравнивание статусов “научной” и “литературной” философии и не только изменение философской идеологии, но и вообще отказ приписывать понятиям “философское знание”, “научное знание” какой-либо смысл объективности. Рорти не предлагает отсекать от философии какие-то виды деятельности. Менять что-то в философском здании не нужно, можно оставить все как есть. Единственное, что требуется, — разрушить представление, что у этого здания есть фундамент. Что существуют какие-то “данные”, удостоверяющие философское знание, критерии различения истинного и ложного.

Рорти предупреждает, что осознание того что у здания нет естественных фундаментов, что философия представляет собой “языковую игру”, — не повод для нигилистических выводов и отчаяния; философия может быть вполне жизнеспособной и процветающей областью культуры, если без гносеологических претензий будет работать просто как “жанр литературы” или “литературной критики”, т.е. не скованного жесткими академическими канонами, пользующегося метафорическим поэтическим языком повествования. В этом случае вместо логики и гносеологии будет “заинтересованный разговор”, а вместо теоретического согласия по поводу того, что считать истинным, — “солидарность” несоизмеримых и не редуцируемых верований.

Другая тема, помимо роли аналитической философии, немало волновавшая Ричарда Рорти — это философия сознания. В 1952 году Рорти опубликовал статью “Проблема духовного и телесного, приватность и категории”. Написанная в аналитической манере, статья преследовала полемическую цель: показать уязвимость получивших к тому времени популярность антидуалистических стратегий объяснения сознания — бихеворизма, редуктивного материализма и др. Уязвимость виделась не столько в дефектах аргументации, сколько в сохранении категории “сознания”, в принятии словосочетания “духовное-телесное” за подлинную проблему и в попытках решать ее. Вывод был категоричен: проблема должна не решаться, а устраняться. Вопрос нужно ставить не о редукции языка психологии к языку физики, как это предлагали неопозитивисты, и не в тождестве высказываний о ментальноми высказываниям о физическом, как это предложили теоретики тождества, а о сознании как о не существующей сущности. Главным у Рорти фигурировал историцистский аргумент: ментальная онтология столь же архаична, как и онтология средневекового человека объяснявшего, например, психическую болезнь воздействием “ведьм” и “нечистых сил”. Ментальные термины, с помощью обозначается некоторое Х или “сознание”, такие, как верования, желания, боль, радость и др., — это пережитки устаревшего языка. Подобно тому как “язык ведьм” был заменен языком современной медицины, язык алхимии — химией, астрологии — астрономией, менталистский язык со временем будет заменен языком науки. По мнению Рорти появление в лексиконе философии понятий: “духовная и телесная субстанции”, “сознание”, “интеракция”, “репрезентация”, “интуиция”, “непосредственно данное сознанию” — следствие исторических случайностей, изобретенной однажды “языковой игры”. Игра пришлась по вкусу интелектуалам, склонным к философии, и они увлеклись совершенствованием правил игры, придумывая и разнообразя ее технический жаргон. То обстоятельство, что в нее продолжают играть современные интеллектуалы, — результат косности академических традиций.

Сказанное выше об основных направлениях философской деятельности Ричарда Рорти позволяет судить о нем как представителе довольно редкого типа мыслителей метафилософского толка, и при этом отчетливо выраженной деконструктивистской направленности. Несмотря на то, что конструктивные зерна в его трудах приходится искать среди обломков разрушительной работы, влияние и ценность его деятельности для развития философской мысли трудно переоценить. И его заслуга видится не в том, он вызвал у кого-то растерянность и неуверенность в задачах философии, а в том, что предложенный им провокативный образ философии побудил философов рационалистов продумывать заново посылки, искать контраргументы, обновлять свой арсенал, что, в конечном счете, служит для осуществления новых конструктивных задач.

Введение

Основная часть

Характеристика исследуемых показателей ( значение, классификации, группировки, методы расчета).

Графическое построение исследуемых показателей с помощью графиков и диаграмм ( линейные, столбиковые, полосовые, секторные).

Расчет показателей динамики ( относительных, абсолютных, цепных, базисных и средних), графическое изображение темпов роста и абсолютных приростов.

Индексный анализ исследуемых показателей.

Выравнивание исследуемых показателей с помощью скользящей средней и аналитических выражений: графическое изображение результатов расчетов

Заключение

Список использованной литературы

1. Введение

Основная цель работы – это изучение ТАБЛЦЫ № 1, данных показателей ( железнодорожный, автомобильный, трамвайный и троллейбусный) их изменение в зависимости от данных периодов ( года с 1993 по 1996), изучение темпов роста, абсолютных приростов, показателей динамики, а также индексный анализ и выравнивание исследуемых показателей с помощью скользящей средней и аналитических выражений, отображение полученных данных с помощью различных видов графиков, изучение показателей по отдельности и по общим результатам.

На основе полученных результатов в конце работы необходимо и возможно сделать выводы.

Характеристика исследуемых показателей

Пассажирский транспорт осуществляет перевозки населения в международном, междугородном, пригородном и внутригородском сообщениях. Такие показатели, как трамвайный и троллейбусный транспорт можно отнести к внутригородскому сообщению, а показатели железнодорожный и автомобильный к любому из перечисленных выше, что дает возможность полноценно изучить транспортные потоки и объемы перевозок как, непосредственно, в городе, так и в общих масштабах.

В прошлые годы в нашей стране объем перевозок постоянно возрастал, но в последние десятилетие объемы стали падать в связи с экономическим кризисом и ухудшения материального положения населения. Падение произошло на всех видах транспорта.

Первое место по пассажирообороту занимает автомобильный транспорт – более 46 %, но если не учитывать внутригородские автобусные перевозки, то на первом месте будет железнодорожный транспорт — более 60 %. Трамвайный и троллейбусный транспорт занимают незначительную часть от общего количества, вследствие их территориальной зависимости – по 5 % и как правило их общий пассажирооборот включают в автомобильный вид транспорта.

Основные показатели работы различных видов транспорта можно разделить на общие и специфические. К общим относятся: производительность, техническая скорость, объем перевозок пассажиров и грузов, грузооборот и пассажирооборот, средняя дальность перевозки 1 пассажира и 1 тонны груза, приведенные тонно-километры. К специфическим количественным и качественным показателям работы, например, железных дорог относят показатели объема перевозок грузов железной дорогой по видам сообщений: ввоз, вывоз, транзит и местные сообщения., также определяют и обобщенные показатели приема, сдачи, отправления и прибытия грузов. На автомобильном, например, можно рассчитать среднюю скорость, время работы на маршруте.

Большое значение в жизни города имеет трамвайный и троллейбусный вид транспорта, который по своей экологической безопасности намного опережает автомобильный ( самый сильно загрязняющий вид транспорта) и железнодорожный вид транспорта ( по уровню шума он стоит за авиационным ). Трамваи и троллейбусы перевозят до 55 % всего пассажирооборота города. Недостатки – необходимая инфраструктура – рельсы, провода, только в городе работают. Плюсы – наиболее емкие перевозки за счет большой вместимости пассажиров в сочетании с большой мобильностью, нежели у железнодорожного вида.

Автомобильный транспорт наиболее мобилен из всех видов, способен перевозить грузы как на дальние расстояния, так и на короткие. Недостатки – большая себестоимость и трудоемкость, малая грузоподъемность, большая энергоемкость, высокий уровень загрязнения окружающей среды.

Железнодорожный транспорт способен перевозить на большие расстояния большие объемы грузов и пассажиров. В период остановки навигации на реках – успешно заменяет водный транспорт. Большой объем товарооборота с другими странами осуществляется именно железнодорожным транспортом, также он наиболее доступен по цене для населения.

Графическое построение исследуемых показателей.

Необходимость построения графиков возникла тогда, когда появилась необходимость более наглядно показывать, что происходит с тем или иным показателем. Графики наиболее удобочитаемые и наглядные средства сравнения, ими пользуются широко статистики, экономисты – все связанные с цифрами люди.

Основные элементы графика – поле графика, геометрические знаки, масштабные ориентиры и экспликация графика.

Общее правило построения – чем меньше на графики цифр, надписей и условных обозначений, тем он лучше воспринимается.

Линейные графики наиболее распространенные из всех типов. Используется прямоугольная система координат, где на оси абсцисс откладываются периоды, а на ординат – уровни динамического ряда. ГРАФИК № 1

Столбиковые диаграммы используются для наглядного сравнения объемов изучаемых явлений во времени и пространстве, а также для отображения структуры явлений. ГРАФИК № 2

Если основания столбиковых диаграмм разместить по оси ординат, а значения уровней по оси абсцисс, то получим ленточные диаграммы. ГРАФИК № 3

Секторные диаграммы представляют круг разделенный на секторы. Применяются для изображения структуры. Площадь всего круга 100 %. Площадь каждого сектора характеризует часть целого и соответствует удельному весу этой части в целом. ГРАФИК № 4

Расчет показателей динамики

Задача статистики – изучение изменений анализируемых показателей во времени.

Динамика – изучение какого-либо явления с течением времени. Ряд динамики -– ряд числовых значений, статистического показателя, расположенных в хронологической последовательности.

Статистические показатели, характеризующие изучаемый объект, называют уровнями ряда. Каждый из уровней относится к определенному моменту времени и интервалу времени. Уровни динамического ряда могут быть абсолютными или средними величинами.

При изучение динамических рядов мы получаем следующее:

характеристика интенсивности отдельных изменений в уровнях ряда от периода к периоду или о даты к дате

определение средних показателей временного ряда за тот или иной период

выявление основных закономерностей динамики исследуемого явления на отдельных этапах и в целом за рассматриваемый период

выявление факторов, обуславливающих изменение изучаемого объекта во времени

прогноз развития явления на будущее

Анализ скорости и интенсивности развития явления во времени осуществляется с помощью статистических показателей. Для количественной оценки используются показатели:

абсолютный прирост

темп роста

темп прироста

темп наращивания

а также средние:

средний уровень ряда

средний абсолютный прирост

средний темп роста

средний темп прироста

а) Абсолютный прирост базисный – каждый уровень ряда сравнивается с одним и тем же уровнем, принятым за базу сравнения. Показывает на сколько один уровень изменился над другим

б) Абсолютный прирост цепной – последующий уровень ряда сравнивается с предыдущим

.

Абсолютный прирост – именованная величина. Может быть положительной или отрицательной.

в) Темп роста базисный – каждый уровень ряда сравнивается с одним и тем же уровнем, принятым за базу сравнения.

г) Темп роста цепной – каждый последующий уровень ряда сравнивается с предыдущим.

Темп роста измеряется в процентах и коэффициентах.

д) Темп прироста базисный – на сколько изменился сравниваемый уровень с уровнем, принятым за базу сравнения.

е) Темп прироста цепной – на сколько изменился последующий уровень от предыдущего.

Темп прироста характеризует абсолютный прирост в абсолютных величинах. Рассчитывается в процентах или коэффициентах.

ж) Темп наращивания ( только цепной) – измеряет наращивание экономического потенциала во времени.

з) Средний уровень ряда в нашем случае — средний уровень интервального динамического ряда, т.к. уровни ряда выражают величину явления за определенный промежуток времени.

и) Средний абсолютный прирост ( средняя скорость роста) – средняя арифметическая из абсолютных приростов за отдельные промежутки времени.

к) Средний темп роста

л) Средний темп прироста

Показатели динамики представлены в:

железнодорожного транспорта – ТАБЛИЦА № 2

автомобильного транспорта – ТАБЛИЦА № 3

трамвайного транспорта – ТАБЛИЦА № 4

троллейбусного транспорта – ТАБЛИЦА № 5

Графическое изображение цепных базисных темпов роста и абсолютных приростов.

Для графического изображения показателей динамики применяются линейные диаграммы.

Железнодорожный транспорт:

абсолютный прирост ГРАФИК № 5

темп роста ГРАФИК № 6

Автомобильный транспорт:

абсолютный прирост ГРАФИК № 7

темп роста ГРАФИК № 8

Трамвайный транспорт:

абсолютный прирост ГРАФИК № 9

темп роста ГРАФИК № 10

Троллейбусный транспорт

абсолютный прирост ГРАФИК № 11

темп роста ГРАФИК № 12 и ГРАФИК № 13

Индексный анализ исследуемых показателей

На практике статистики индексы и средние величины – наиболее распространенные статистические показатели.

Индекс – относительная величина, получающаяся в результате сопоставления уровней

При изучении динамики качественных показателей часто приходится определять изменение средней величины индексируемого показателя, которое вызвано взаимодействием двух факторов, а именно: изменением индексируемого показателя у отдельных групп единиц и изменением структуры явлений.

Под изменением структуры явления подразумевают изменение доли отдельных групп единиц совокупности в общей их численности. При анализе важно определить – в какой мере эти изменения вызваны изменением индексируемых величин и в какой структурными сдвигами. Для этого используется система взаимосвязанных индексов, куда входят:

индекс переменного состава

индекс постоянного состава

индекс структуры

Индивидуальные индексы ТАБЛИЦА № 8

Индивидуальные называют индексы характеризующие изменение только одного элемента совокупности. В нашем случае индивидуальные индексы соответствуют базисному и цепному темпу роста.

Индекс переменного состава – ТАБЛИЦА № 6:

БАЗИСНЫЙ:

ЦЕПНОЙ:

Индекс постоянного состава – ТАБЛИЦА № 6:

БАЗИСНЫЙ:

ЦЕПНОЙ:

Индекс структуры — ТАБЛИЦА № 7:

БАЗИСНЫЙ:

ЦЕПНОЙ:

По ТАБЛИЦЕ № 7 можно сделать выводы:

Индекс переменного состава базисный падает все отчетные года, что говорит об общем спаде, но цепной падает только до 1995 года, после чего идет рост в 1996 году на 2,54 %.

Индекс постоянного состава базисный падает все отчетные года, что опять говорит об общем спаде, но цепной показывает падение до 1995 года и рост в 1996 году на 1, 46 %.

Индекс структуры базисный показывает, что за счет структурных изменений за 5 лет произошел незначительный рост на 0,76 % количества перевезенных пассажиров, цепной же показал нам падение в 1993 ( -1, 27%) и последующий рост до 1996 года.

По ТАБЛИЦЕ № 8 можно говорить о падение индекса базисного за 5 отчетных лет :

железнодорожный ( — 40,22 %)

автомобильный ( — 6,80 %)

трамвайный ( — 6,86 %)

и росте индекса трамвайный ( +1,90 %)

В 1993 г. падение индекса у железнодорожного и автомобильного, но рост трамвайного и троллейбусного. В 1995 и 1994 годах по цепным индексам можно сказать, что шел спад перевозок по всем видам транспорта. В 1996 рост перевозок наблюдаем у автомобильного и троллейбусного транспорта, и продолжающиеся падение у трамвайного и железнодорожного. Железнодорожный – падал все 5 лет.

Выравнивание исследуемых показателей

Выравнивание по прямой

Выравнивание по параболе

ТАБЛИЦЫ № 9 – железнодорожный транспорт,

ТАБЛИЦЫ № 10 – автомобальный транспорт,

ТАБЛИЦЫ № 11 – трамвайный транспорт,

ТАБЛИЦЫ № 12 – троллейбусный транспорт

дают нам представление о методике расчетов для выравнивания по прямой и параболе, а

ГРАФИК № 14, ГРАФИК № 15, ГРАФИК № 16 и ГРАФИК №17, и соответствующие им значения транспорта дают графическое представление выравнивание по прямой и параболе.

Выявление основной тенденции осуществляется методом скользящей средней, а для того чтобы представить количественную модель, выражающую общую тенденцию изменений уровней динамического ряда во времени, используется аналитическое выравнивание ряда динамики.

Суть метода скользящей средней заключается в том, что фактические уровни ряда заменяются рядом подвижных ( скользящих средних), которые рассчитываются для определенных последовательно подвижных интервалов и относятся к середине каждого из них. Сглаживание можно производить по любому числу уровней ряда.

Суть метода